Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Ливонская война Страница - 33

Грозный включил в его условия всю Ливонию в качестве своей вотчины. Польско-литовские послы отказались, однако, внести этот пункт в свой текст перемирной грамоты.

Итак, война была неизбежной. Важным обстоятельством, повлиявшим, без сомнения, на военные планы русского командования, был тот факт, что Русскому государству приходилось вести заключительный этап войны в состоянии полной политической изоляции. После смерти императора Максимилиана II в октябре 1576 г. отпал план совместного с Габсбургами выступления против Речи Посполитой. Возобновленные в 1574—1576 гг. переговоры с Англией вновь не привели ни к каким результатам. Рассчитывать на поддержку Дании не приходилось.

В то же время серьезно окрепли международные позиции главного противника Русского государства в Ливонии — Речи Посполитой. Ей больше не угрожала борьба с Габсбургами. В течение 1578 г. были урегулированы окончательно ее отношения с Крымом. Турция и Крым явно сочувствовали воинственным планам Батория в отношении Русского государства. Султан обещал даже Баторию военную помощь. В самой Речи Посполитой с прекращением Гданьского восстания положение Батория сильно укрепилось, а сейм 1578 г. утвердил необычайно высокие для Речи Посполитой налоги на войну против Русского государства. Вместе с тем польский король заручился помощью в Империи со стороны курфюрста Саксонского Августа и курфюрста бранденбургского Иоанна-Георга. Естественным союзником Речи Посполитой в борьбе с Русским государством являлась Швеция. Стефан Баторий стремился превратить польско-шведское сотрудничество в формальный союз и с этой целью направил в Стокгольм посольство В. Гошьлицкого, добиваясь получения 12-тысячного шведского вспомогательного войска. Планы Стефана Батория отчасти совпадали с планами Филиппа II Испанского и Римской курии, готовивших возвращение Швеции в католичество и шведско-испанский союз против Англии и Голландии. В этих целях в Стокгольм был отправлен А. Поссевино (1577), а затем посол короля испанского (1578). Пере-

9tS говоры папы и Филиппа Н в Стокгольме не имели серьезных последствий. Не удалось договориться о союзе с Швецией и Стефану Баторию. Шведские феодалы не думали отказываться от участия в разделе Ливонии. Противоречия, существовавшие между Речью Посполитой и Швецией, не мешали им, однако, совместно выступать против Русского государства.

В лице самой Речи Посполитой, считавшейся одной из сильнейших военных держав в Европе, Русское государство имело серьезного противника. Истощенному долголетней войной Русскому государству противостояли сразу отдохнувшая после полоцкого разгрома Литва и фактически не участвовавшая до того в войне, располагавшая большими и свежими военными силами Польша. При таких условиях переход русского правительства к оборонительной тактике становится вполне оправданным. Б, ели учесть к тому же, что союз Батория с Крымом и Турцией вновь создавал страшную угрозу на южных границах Русского государства, станет понятным и тот факт, что в кампании 1579—1582 ,гг. Грозный не рискнул вступить с польско-литовской армией в генеральное сражение, предпочитая изматывать силы противника на осаде укрепленных городов. Как полководец и как государственный деятель он не имел права рисковать полевой армией перед лицом угрозы повторения татарского нашествия на столицу. Не случайно, говоря именно об этом периоде Ливонской войны, Г. Штаден подчеркивал: «Крымский царь так жаждет захватить Русскую землю, что я не могу ни описать, ни рассказать... в полной мере. В особенности потому, что турецкий султан (посадил) в Польше королем Стефана Батория, как и его (крымского царя) посадил он в Крыму.

Итак, крымский царь с поддержкой и помощью турецкого султана, который не откажет ему в поддержке, рассчитывает захватить Русскую землю, а великого князя вместе с его двумя сыновьями, как пленников связанных ^еЬипбеп ипд §еГегщНсЬ], увести в Крым....» Г

Правда, в 1578 и 1579 гг. Крым, участвовавший в борьбе с Ираном, не мог организовать набегов на русские земли. Но уже в 1580 г. набеги возобновились, хотя и не достигли того размаха, который они имели в начале 70-х годов XVI в. Наряду с продолжавшимся восстанием в Казанской земле, они отвлекали с западного театра военных действий крупные русские силы и держали русское правительство в постоянной тревоге за южные и центральные области страны. Характерно, что впоследствии, при Борисе Годунове, объясняя причины неудачи Ливонской войны, русские дипломаты прямо указывали на угрозу со стороны Крыма и Турции.

Уже 1578 г. принес Русскому государству первые серьезные военные неудачи. Польско-литовским войскам удалось вновь овладеть рядом потерянных в ходе кампании 1577 г. городов в том числе Венденом (Цесисом). Шведы совершили нападение на Нарву. Изменил Грозному и ливонский король Магнус, перешедший на сторону Речи Посполитой.

Под Венденом (Цесисом), который пытались отбить русские, дело впервые дошло до совместных военных действий шведских и польско-литовских войск против русской армии. В результате совместного польско-литовско-шведского нападения русские силы под Венденом потерпели поражение. Однако 1578 г. не был еще переломным годом в ходе войны. Русское командование готовилось к продолжению войны в Ливонии и к осаде Ревеля. Переломным оказался 1579 г. В этом году шведы вторглись в Новгородскую область со стороны Финляндии. Впрочем, летом 1579 г. русским войскам удалось нанести серьезное поражение шведам в Ливонии.

Но исход борьбы больше уже не зависел от развития военных действий в Прибалтике. Закончив приготовления к войне и фактически отказавшись от переговоров с посольством, направленным в Речь Посполитую русским правительством, Баторий объявил войну Русскому государству и вторгся в его пределы.


 
Разместил: admin

html-cсылка на страницу
BB-cсылка на страницу

Комментарии

 

 

Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

 

Www.istmira.ru