Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Хрестоматия по истории Древнего Востока Страница - 6

Допустим, что подлинность источника сомпеиий не. вызывает, а текст прочтен и содержание его с достаточной степенью точности понято. Тогда перед историками и филологами обычно возникают новые задачи, требующие разрешения,— прежде всего вопрос о датировке. Хорошо, если надпись или какой-либо письменный памятник содержит указание на время написания (как правило, по годам правления царей), но это бывает не так уж часто. Сплошь и рядом время составления текста приходится устанавливать по косвенным ноказателям. Большое значение имеют условия, в которых обнаружены памятник и сопутствующие ему предметы. Начиная с VII в. до н. э. это прежде всего монеты, которые нередко. помогают установить более или менее приближенную дату.

Иногда определенные уже во времени тексты, найденные в одной какой-либо стране, где упоминаются события или факты, касающиеся другой страны, помогают восстановить последовательность этих событий там, где подобные источники отсутствуют. Так, из дошедшего до нас египетского списка мирного договора между фараоном Рамсесом II (1317—1261 гг. до н. э.) и хсттским царем Хаттусшшсом следует, что они были современниками. Точно так же определяется хронологическая канва истории Сирии, Палестины, Финикии, Куша. Но подобные совпадения встречаются далеко не всегда. В таких случаях могут выручить данные языка и вспомо-" гательпые исторические дисциплины — палеография и эпиграфика. Палеография изучает древние рукописи, на каком бы материале они нп были написаны, преимущественно на основании формы знаков, их эволюции, методов н способов написания; эпиграфика занимается падписямп, вырезанными или высеченными, на твердом материале, главным образом па камне. Используя собраппый в течение длительного времени материал, можно методом сличения установить, когда и где составлен тот или иной текст. Ведь и графтша современного нам письма значительно отличается от графики письма начала минувшего века, не говоря уже о времени более раннем. В ровной степени это относится и к языку. Одни слона исчезают, другие появляются, меняются грамматические формы, стиль, орфография. Никому, например, не придет в голову мысль отнести демотический папирус., т. е. папирус, написанный курсивным, так называемым демотическим письмом (которое нз-за обилии лигатур, слияния двух или болео знаков в один несколько напоминает стенографию), ко II тысячелетию до н. э., так как хорошо паисстио, что и-мотика появилась в Египте не раньше VIII в. до н. э. Точно так і о сколько-нибудь опытный специалист сразу определит, что най-и иная в Двуречье глиняная табличка, покрытая клинописью, не может датироваться IV тысячелетием до н. э. Шумерийцы писали тгда при помощи штриховых знаков, явно связанных еще с рисуночным письмом—пиктографией. Если в каком-либо египетском тек-< ге встречается определенный артикль (па), то составлен он никак не прежде эпохи Нового царства, когда новоегипетскйй язык, для которого эта частица характерна, вошел во всеобщее употребление, сменив среднеегипетский — классический. Определение подлинности документа, его датировка по формальным признакам и языку — задача внешпей исторической критики. В круг задач внутренней исторической критики входит анализ содержания текста, определение его политической тенденции, идеологической направленности и в имманентной связи с этим — степени достоверности сообщаемых сведений. Упоминание о тех или иных известных событиях или лицах, а также более или менее ясные намеки на них позволяют наряду с другими данными с достаточной степенью точности указать отрезок времени, раньше или позже которого текст не может быть составлен,—так называемые terminus post quern и terminus ante quem. Так, например, если в нем говорится о какой-либо битве, дата которой известна точно по другим памятникам, то, естественно, данный памятник не мог появиться До этого сражения.

Определение, в какой именно социальной среде возник изучаемый текст, дает возможность установить степень правдивости описываемых в нем фактов и событий. Так, например, непростительной ошибкой было бы безоговорочно доверяться «Речениям Ипусера», ожесточенного противника восставших в Египте в XVIII в. до н. э.1 крестьян и рабов, которых автор всячески чернит и поносит. Сопоставление «Речений» с другими источниками доказывает, что это не религиозная мистерия и не абстрактное пророчество, как предполагают отдельные западноевропейские ученые. В них речь идет о действительных социальных катаклизмах, потрясших долину Нила примерно в середине XVIII в. до н. э. Но едва ли события развивались именно таким образом, как описывает автор этого явно тенденциозного политического произведения, вышедшего из лагеря противников восставших. Чрезвычайная осторожность и критическое чутье необходимы и при изучении другого памятника — так называемой «Автобиографии Хаттусилиса III» (хеттского царя, правившего в XIII в. до н. э. й, видимо, узурпировавшего престол). Стремясь оправдать свои действия, он или лицо, составившее этот текст по его поручению, достаточно ловко (надо отдать ему справедливості.) подтасовывает и искажает факты. Тем не менее источник этот за отсутствием иных, более достоверных, чрезвычайно важен. При умелом подходе с его помощью удается воссоздать сложную внутреннюю и внешнюю обстановку в Хеттском царстве в

* По датировке, предложенной В. В. Струве и разделяемой некоторыми другими египтологами.

XIII в. до н. э.' В то же время он рассказывает о политической целеустремленности царя и его приверженцев.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru