Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

История Монголии. XX век Страница - 7

Однако время взяло свое, и покорители Китая — бывшие кочевники — превратились, как не раз бывало в истории этой < граны, во вполне традиционную императорскую династию 11однебесной, поддавшуюся «очарованию» оседлой городской кпзни, влиянию ханьского окружения, пустившую глубокие корни в Пекине. В XIX в. произошло своеобразное сращивание маньчжурских чиновников с китайскими торгово-финансовыми кругами, с одной стороны, и с английскими, американскими и 1ругими иностранными фирмами — с другой. Уже во второй половине XIX в. правительством Цинов были приняты законы, по которым снимались все ограничения для деятельности К1 майских торговцев во Внутренней, а затем и Внешней Мон-юлии В 1881 г. в Урге насчитывалось 215 торговых домов и твок (44 пекинских и 171 — шаньсийских) и 120 ремесленных «а ведений13. Постепенно создавались условия для колонизации монгольских земель. В 1906 г. в Пекине было учреждено Особое бюро по переселенческим делам Монголии, которое провело в 1У09 г. перепись населения и скота во Внешней Монголии и наметило план ее колонизации. Для подписания данного плана п соглашения с монгольскими князьями в Пекине было созвано специальное совещание. По соглашению, подписанному с монгольской стороны хошунными дзасаками Зорикту-ханом, Поянт-ваном и другими, все пригодные для земледелия зем-и и Внешней Монголии отчуждались в фонд цинского правительства с условием уплаты 50% стоимости земли хошунным дзасакам14. Отрыв Цинов от своей собственной маньчжурской идентичности сделал для них сохранение целостности империи, п 1ходившейся под угрозой распада из-за империалистической жспансии, даже с доминирующим статусом ханьцев большей ценностью, чем сохранение привилегированного положения некогда близкой им по духу Монголии. Маньчжурский двор из покровителя монголов превратился во врага, главную угрозу их самобытному существованию.

Соперничество за Монголию

К концу XIX — началу XX в. время, когда Монголия была привилегированной и одновременно изолированной частью ког-ы-то мощной и самодостаточной империи, безвозвратно ушло. Гем более что сама Маньчжурская империя превратилась в разделенный на сферы влияния конгломерат полуколоний ведущих мировых держав. Как и другие империи прошлого, она превращалась в анахронизм и уступала место колониальным империям первой половины XX в.

Ведущие страны Запада, Россия и Япония в целом уже завершили раздел мира на колонии и полуколонии и определяли основные тенденции мирового развития. Борьба происходила не за освоение новых земель и создание новых колоний, а за передел уже разделенного на колониальные владения и сферы влияния мира. Ситуация в полуколониях определялась их включением и в систему мирового хозяйства, и в важнейшие договорные документы ведущих мировых держав. В результате в экономической и социально-политической сферах жизни общества некоторых полуколоний происходили кардинальные перемены — вызревали внутренние и внешние предпосылки возникновения новых суверенных государств. Это в полной мерс относилось и к Монголии.

Острое соперничество за Монголию развернулось прежде всего между Японией и Россией. Неспособность имперского центра — маньчжурского двора в Пекине — справиться с натиском мировых держав усугублялась стремлением Монголии искать точки опоры вне империи. Наличие таких точек опоры ускоряло формирование внутренних предпосылок для восстановления Монголии в качестве самостоятельного государства — субъекта международных отношений с собственными государственными органами и структурами. В условиях своего общего упадка маньчжурская династия могла противопоставить назревавшему процессу отделения Монголии лишь попытку путем массированного заселения страны китайцами ликвидировать культурные, языковые, этнические и цивилизационные различия между ней и остальной частью империи и тем самым свести к минимуму опасность формирования условий появления нового независимого государства.

Монголия почти с середины XIX в. входила в сферу российского экономического, политического и культурного влияния, являлась объектом договоров и соглашений между Россией и империей Цин — Айгуньского и Тяньцзиньского договоров (1858), Пекинского договора (1860), Правил сухопутной торговли между Россией и Китаем (1862), Санкт-Петербургского договора (1881). С 1861 г. Российская империя имела в Урге свое консульство и была в силу экономических и геополитических причин заинтересована в усилении своего влияния в этом регионе. Россия тем самым выступала главной точкой опоры в перспективе обретения Монголией самостоятельности.

В кулуарах правительства России какое-то время вынашивались тайные планы «окончательного» решения «монгольского мои роса» в свою пользу. Эти планы были неофициальным домом пением к общей доктрине «быстрого продвижения России на Иосток», приведшей страну в начале XX в. к ухудшению отношении с цинским Китаем и Японией15. На практике, однако, данные планы ни в коей мере не определяли основное содержание российско-монгольских отношений, поскольку были поистине I попранными и носили действительно «кулуарный» характер на фоне официальной политики. Их авторы, известные деятели из окружения русских царей Александра III и Николая II, — надворный советник (впоследствии действительный статский советник) П. А. Бадмаев, лидеры «безобразовской клики» статс-сек-регарь А. М. Безобразов, великий князь Александр Михайлович, министр внутренних дел В. К. Плеве и другие — так и не смогли решительно изменить сдержанный, осторожный, официальный курс России по отношению к «монгольскому вопросу». Хотя дело м>,ходило до открытых призывов к действиям и активизации ан-I п пи некой деятельности со стороны различных торгово-промыш-1С1ШЫХ кругов России. Например, докладная записка П. А. Бадмаева царю Александру III была названа вызывающе откровенно «Присоединение к России Монголии, Тибета и Китая»16. Как но ни покажется парадоксальным, такие «кулуарные» устремления России к радикальному решению «монгольского вопроса» служили дополнительным стимулом поисков монголами той точки опоры, благодаря которой Монголия смогла бы возродить спою государственность и даже попытаться вести дело к объединению под одной крышей монгольских земель, находившихся в разных сферах влияния мировых держав.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.