Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Письма и документы. 1917-1922 - Страница 5 Новейшее время

В продолжавшихся фракционных столкновениях меньшевиков с большевиками моральные соображения играли немалую роль, и Мартов был особенно активен в разоблачении «этического релятивизма» Ленина и его сторонников. Теперь оно было связано с «эксами» - бандитскими грабительскими налетами большевистских боевиков для пополнения кассы Большевистского центра, действовавшего втайне от официальных партийных органов, - и наследством Н. П. Шмита. Что касается «эксов», то они были по настоянию меньшевиков категорически запрещены IV партийным съездом в 1906 г. (V съезд в 1907 г. подтвердил это решение, дополнив его требованием о роспуске всех боевых дружин.) Но болъшевики продолжали экспроприации, причем общее руководство ими находилосъ в руках Ленина. В январе 1908 г. произошла особо крупная тифлисская экспроприация. Болъшевики пыталисъ сбытъ в Стокголъме, Мюнхене, Париже, Женеве 500-рублевые купюры. Операция оказаласъ в основном безуспешной, так как русскими властями было передано за границу подробное описание похищенных денег. Дело о наследстве Шмита было связано с целым рядом подлых поступков видных болъшевиков - женитъбой их ставленника Таратуты на богатой наследнице,

Угрозами убийств и т. п. 6 В 1911 г. Мартов выпустил брошюру «Спасители или упразднители?», посвященную этим преступным похождениям Болъшевистского центра. Правда о болъшевистской уголовщине была настолъко потрясающей, что даже такие авторитеты, как теоретик марксизма, видный германский социал-демократ К. Каутский, взяли Ленина под защиту. Б. И. Николаевский вспомнил, что через много лет он разговаривал на эту тему с Каутским, который счел свои тогдашние отзывы о Мартове «одной из самых тягостных своих ошибок, но подробно объяснял, что поверитъ Мартову тогда он не мог, что нужен был опыт революции 1917 года и последующих лет, чтобы правилъно понятъ Ленина и убедитъся в обоснованности тогдашних обвинений Мартова»7. Впрочем, и Николаевский, и Гетцлер, и некоторые другие авторы не отмечают, что при общей несравненно более высокой этичности Мартова и других менъшевиков по сравнению с болъшевистским лидером сама логика политической боръбы неизбежно толкала их к некоторому моралъному пренебрежению. Теперъ, когда события произошли, Мартов не требовал возвращения денег ограбленным или обманутым - он был озабочен тем, чтобы они поступили не в Болъшевистский центр, а в общепартийную кассу.

Между тем за границей Мартов активно участвовал в подготовке фундаменталъного издания «Общественное движение в России в начале XX века», которое удалосъ легалъно выпуститъ в Петербурге8. Он присутствовал на ряде социал-демократических форумов. В январе 1910 г. на пленуме ЦК он критиковал расколънический курс болъшевиков и выступал за прекращение фракционной боръбы. На августовской конференции 1912 г. в Вене, созванной по инициативе нефракционного социал-демократа Л. Д. Троцкого, Мартов вошел в Организационный комитет партии, противостоявший сепаратно избранному в январе того же года в Праге болъшевистскому ЦК, и в секретариат ОК.

Когда началасъ Первая мировая война, Мартов занял отчетливо выраженную интернационалистскую позицию. Он участвовал в Циммервалъдской (1915) и Кинталъской (1916) конференциях социал-демократов, выступавших против войны, представляя на них левоцентристское течение. Агитируя за демократический мир, он резко нападал на Плеханова и других членов группы «Единство», требовавших полной поддержки российского правителъства в войне. Но Мартов в то же время выступал и против сепаратного мира и решителъно осуждал губителъный курс превращения империалистической войны в гражданскую, выдвинутый Лениным.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.