Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Хуарес Страница - 7

Со свержением Итурбиде власть перешла к республиканскому триумвирату, который аннулировал все декреты Итурбиде. Созванный им новый учредительный конгресс одобрил конституцию, установившую в Мексике «республиканскую, федеративную, народную, представительную форму правления». На состоявшихся вскоре выборах президентом страны был избран Гуадалупе Виктория.

Хотя установление республиканской формы правления нанесло существенный удар по реакционному лагерю, положение в стране продолжало оставаться сумбурным и запутанным. В результате дебатов в учредительном конгрессе вокруг государственного устройства наметились два лагеря — централистов и федералистов, или консерваторов и либералов. Первые, выражавшие интересы реакции, выступали за создание крепкого центрального правительства в надежде, что оно воспрепятствует реализации демократических реформ. Вторые требовали установления федеративной формы правления, надеясь таким образом покончить с остатками колониального режима и осуществить различного рода буржуазно-демократические преобразования. Либералов поддерживали передовая интеллигенция, представители молодой буржуазии, прогрессивно настроенные офицеры и помещики.

Либералы, в свою очередь, делились на два крыла: модерадос — умеренные, склонявшиеся к компромиссу с консерваторами, и пурос — «чистые», или радикалы, требовавшие проведения более глубоких реформ: отделения церкви от государства, введения всеобщего избирательного права, осуществления демократических свобод, что укрепило бы независимость страны и создало бы условия для ее самостоятельного экономического развития. Лидером и кумиром «чистых» стал врач Валентин Гомес Фариас.

Партий, в современном понятии этого термина, тогда в Мексике не существовало, зато процветали тайные масонские ложи, игравшие роль политических клубов. Консерваторы принадлежали, как правило, к масонским ложам шотландского ритуала, поэтому их называли так же «шотландц&ми», либералы предпочитали Йоркский ритуал, за что их называли «йорксистами».

Многие политические деятели, в особенности из военных, одержимые жаждой власти п прибыльных постов, с невероятной легкостью перебегали из одного лагеря в другой, прикрывая свое предательство безудержной демагогией. Таким типично беспринципным политиканом был уже упомянутый генерал Санта-Анна. В правящих сферах процветали коррупция, взяточничество. Жалованье чиновникам и военным выплачивалось с большими перебоями. Никто не хотел платить налогов. Казна, как правило, пустовала. Правительства клянчили у иностранных банков займы, за которые приходилось платить грабительские проценты. В стране росла дороговизна.

Международное положение молодой республики также было крайне неопределенным и чреватым серьезными осложнениями. Изгнанные из Мексики и других колоний Америки, испанцы отнюдь не отказались от надежды вернуть себе утраченные владения. Пользуясь поддержкой Священного союза, они сосредоточили войска на Кубе и Пуэрто-Рико, надеясь возвратиться на континент и восстановить там прежний колониальный порядок* К тому же испанцы удерживали в своих руках важную крепость Сан-Хуан-де-Улуа — у входа в порт Веракрус.

Опасность возвращения колонизаторов стала особенно реальной после того, как в 1823 году в Испании при поддержке французских войск было свергнуто либеральное правительство, отменена кадисская конституция и деспот Фердинанд VII вновь обрел всю полноту власти.

В 1829 году Испания высадила на восточном побережье Мексики крупные военные силы, которым удалось захватить город Тампико. И хотя мексиканцы разгромили испанский десант, опасность новых вторжений продолжала существовать.

Лицемерной и коварной была политика Соединенных Штатов по отношению к независимой Мексике. Правда, в 1823 году США провозгласили свою пресловутую доктрину Монро, угрожая воспрепятствовать возвращению колониальных держав в Америку. Однако когда испанцы захватили шесть лет спустя Тампико, Соединенные Штаты палец о палец не ударили, чтобы осуществить свою угрозу. И это не случайно, ибо не о национальных интересах и независимости своих южных соседей пеклись США, провозглашая доктрину Монро, а о своих собственных. Американское правительство лелеяло надежду присвоить себе львиную долю испанского наследства. Провозглашенный Монро лозунг «Америка для американцев!» превратился на деле в лозунг: «Америка для североамериканцев!», а более точно: «Мексика для североамериканцев!» Да, именно на Мексику, своего непосредственного соседа, в первую очередь с вожделением взирали правители Соединенных Штатов, надеясь если не захватить всю древнюю страну ацтеков, то, во всяком случае, «округлить» свою территорию за ее счет.

Алчные взоры правителей Вашингтона были направлены на богатейшие, но малонаселенные пограничные с США районы Мексики, расположенные к северу от Рио-Гранде-дель-Норте *, в первую очередь на мексиканскую провинцию Техас. Сюда, воспользовавшись царившей в Мексике после провозглашения независимости сумятицей, беспрепятственно хлынули сотнп американцев-авантюристов, искателей легкой жизни, охотников до чужого добра. Не прошло и десяти лет после провозглашения независимости Мексики, как в Техасе уже обосновалось 20 тысяч американцев, тогда как ранее там проживало всего 3500 человек. Вооруженные до зубов, действуя силой и подкупом, они захватывали земли, объединялись в банды, занимались контрабандой и грабежами. Отдаленное сотнями километров бездорожья от Техаса центральное правительство Мексики было бессильно совладать с этими «инфильтрантами» и тем более наглухо закрыть для них свою северную границу, на охрану которой у него не имелось необходимых войск.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.