Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Япония эпохи Эдо Страница - 8

Жители Хэйана думали, что их город останется столицей навсегда. Он и был ею до 1868 года, по крайней мере, номинально. Из-за пожаров и гражданских войн от древней столицы не сохранилось ничего, кроме плана, подобного шахматной доске. Однако воспоминания о великолепии прошлого оказались очень живучими даже в самые тяжелые времена. Обычно восхищаются древними и знаменитыми монастырями Нара, но именно цивилизация Хэйан станет идеальным образцом Древности. Последние эмиси (население северо-востока Хонсю) были покорены в IX веке. Периодически возникающие мятежи в некоторых провинциях не могли уничтожить общего ощущения мира в стране. Ослабление, а затем и падение династии Тан освободило японцев от комплекса ученика, вечно не поспевающего за своим учителем. Однако не возникал вопрос об отказе от достижений китайской цивилизации, и китайская классика почиталась как никогда до этого. Именно на китайском языке аристократы вели свои дневники, а также писали стихотворения, официальную историю, законы и указы. Но постепенно утвердился и японский язык, сначала в поэзии, а затем и в прозе.

Гиды цивилизаций,

Предисловие к первой антологии, составленной по императорскому приказу, Кокин вакасю, является настоящим манифестом защиты и демонстрации японского языка, природы и поэзии (вака). Вака теперь записываются азбукой капа, ее намного легче и точнее, чем китайские иероглифы, использовать фонетически. Умение писать стихи было необходимо для любого, кто хотел жить при дворе, будь то мужчина или женщина. Оно позволяло блистать на поэтических конкурсах, а также участвовать в жизни общества. Свидания влюбленных отмечались стихами; позор тому, кто не был в состоянии ответить должным образом! Вака эпохи Хэйан останутся образцами для всех последующих эпох. Вместе с комментариями они останутся ценным наследием столичных аристократов, которые будут использовать это знание в общении с самураями, жаждущими аристократической культуры.


Японская проза зарождается в эту эпоху. Сначала она была дополнением к поэзии, которая составляла значительную часть повестей, моногатари; или дневников, никки. Повести и дневники трогали человеческие сердца, уносили за пределы повседневности. Гэндзи моногатари и поныне не вышел из моды. Начиная с эпохи Хэйан они сопровождались комментариями, а новый взгляд в эпоху Эдо придал ему еще большее литературное значение. В этом произведении изображена придворная жизнь в период расцвета, что повлияло и на историческое сочинение эпохи Эйга моногатари / Повесть о процветании.

Сюжетом этой повести является жизнь Фудзи-вара-но Митинага, одного из известнейших политических деятелей своего времени,. При нем власть клана Фудзивара достигла расцвета. Благодаря своей политике брачных союзов с императорским домом, Фудзивара оказывались дедушками или дядями все более и более молодых императоров. Имея титулы регентов, сэссёу или великих канцлеров, кампа-ку, они обладали реальной властью, а императорам оставляли лишь ритуальные и представительские функции. Все ответственные посты были заняты той или иной ветвью клана Фудзивара. Идеал просвещенного чиновника, который смог достичь самых высоких постов благодаря лишь своим способностям, нашел свое воплощение, но также и свой предел, в судьбе Сугавара-но Митидзанэ, который умер в немилости на Кюсю, став жертвой клеветы Фудзивара.

Отличная административная система, сформулированная в кодексах, функционировала только в интересах двора, которому провинции посылали все продукты, необходимые для жизни. С другой стороны, при соблюдении всех формальностей и назначении служащих, становилось заметно, что, как и в случае с планом столицы, реальная практика понемногу менялась. Клиентизм стал правилом, так же как и налоги из провинций перестали поступать правильным административным путем. Знатные семьи, как и императорский род, формировали собственные владения сёэп. Эта новая система управления земельными владениями постепенно исключала государственное администрирование.

Пример был дан религиозными учреждениями, особенно крупными монастырями. Две школы, появившиеся в начале этого периода, дали новый импульс развитию буддизма. Сингон, эзотерическое направление, основанное на тантризме, оказало влияние на всю японскую цивилизацию. Школа

Тэндай, соединившая эзотеризм и экзотеризм, стала источником рождения многих направлений буддизма в последующие века.

МИР ВОИНСКОГО СОСЛОВИЯ

Гэмпэй-но татакаи — Война Минамото и Тайра (1159-1185)

Ученые монахи, занимавшиеся расчетами времени и различными умозрительными построениями, связанными с этими расчетами, к которым буддизм всегда имел склонность, провозгласили, что мир вошел в период конца Закона, маппо. Конец времен в буддизме является понятием относительным, а конец Закона был весьма длительным периодом. Таким образом, элита ощущала конец определенного образа жизни. Столица больше не могла не обращать внимания на провинции. Придворной знати пришлось принимать в расчет движущие силы общества, и младшие в роду отправлялись управлять земельными владениями в провинции. Знать полагала, что она сможет использовать эти силы, чтобы контролировать борьбу за власть. Однако, однажды допущенные к власти, эти новички, самураи, захватили власть. Война изменила общество, противопоставила два военных клана — Тайра или Хэйкэ, и в итоге победивших их Минамото, или Гэндзи, победители. История этого противостояния является сюжетом единственной настоящей японской эпопеи — Хэйкэ мопогатари8. Рассказанное слепыми монахами, это повествование было проникнуто буддистскими идеями, послужив в дальнейшем образцом для изображения самураев и оказав огромное влияние на современный японский

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.