Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Каменный век Страница - 181

Летом неолитические охотники на Ангаре и Лене постоянно брали с собой миниатюрные глиняные сосудики с ушками для подвешивания. Это были дымокуры, в которых курился мох, тлели торф и древесные ветки.

Древние обитатели тайги так свыклись с таежным гнусом, что не представляли без него даже своей загробной жизни. Вместе с умершими они клали в могилы дымокуры, которые очень облегчали их жизнь в этом мире.

Больших успехов лесные охотники добились в изобретении различных способов добычи зверя. Свой опыт они с успехом перенесли и в область рыбной ловли. В неолитических погребениях археологи обнаружили искусно сделанные из кости и камня скульптурные фигурки рыб. Точно такие же по размерам и форме костяные изображения рыбок употреблялись в качестве приманок вплоть до настоящего времени эскимосами, индейцами-алгонкинами, ненцами, эвенками, а также другими обитателями тайги и тундры при рыбной ловле.

Лесные обитатели достигли и многих других успехов в различных областях своей хозяйственной деятельности, которые облегчали им жизнь в суровой тайге. Они заменили свои древние переносные жилища шатром конической формы, покрытым берестой, вываренной для гибкости и сшитой длинными полотнищами. Лесные племена изобрели скользящие лыжи, которые позволяли им в зимнее время быстро продвигаться на большие расстояния. Эти же племена создали удобную для быстрых передвижений пешком в условиях суровой сибирской зимы одежду из оленьих шкур. Наконец они научились шить из шкуры с лосиных ног легкую и прочную обувь.

ВЕРОВАНИЯ ПЛЕМЕН АЗИИ И СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ

Жизнь в тайге кроме всего прочего оказала глубокое влияние и на мировоззрение первобытного человека Сибири во времена родового строя. В сюжетах и образах искусства этих людей, как и в палеолите, главенствовал образ зверя. Особо важную роль в жизни неолитических племен Сибири играли лось и медведь.

Жизнь в тайге нашла свое отражение и в религиозных верованиях и обрядах, которые также были связаны с культом животных.

Так, например, почти у всех лесных племен Сибири, а также и у многих племен Северной Америки существовал так называемый «медвежий праздник». Он занимал большое место в общественной жизни, в культуре и искусстве этих народов.

В первой части этого обряда убивали медведя, выращенного в неволе. Затем происходило поедание мяса убитого медведя членами родовой общины, а также совершалось чествование его по всем правилам родового гостеприимства. В третьей части хоронили кости и некоторые части тела зверя.

Обряды ставили своей целью воскрешения зверя. Затем он должен был снова вернуться к охотникам и даже привести с собой своих сородичей, привлеченных почетом и гостеприимством людей.

В «медвежьем празднике» нашли свое отражение представления людей родового общества, которые смотрели на животных, как на часть их собственного общества, а отношения людей и зверей они представляли как отношения двух родов или племен.

Такой же общинно-родовой характер получили обрядовые торжества, которые были связаны с древним охотничьим культом лося.

Как свидетельствуют этнографы, образ лося занимает первое после медведя место в охотничьем культе и в своеобразном зверином эпосе народов Северной Азии.

Так, например, даже употребление в пищу оленя или лося происходило в соответствии с традиционными правилами, передающимися из поколения в поколение. Кости съеденного животного затем хоронились по-особому ритуалу. Охотники Северной Азии считали, что сама земля является живым существом в облике зверя — лося или, точнее, огромной лосихи. Такие верования были характерны и для некоторых племен Сибири и Дальнего Востока.

Так, скажем, орочи представляли себе землю в виде восьминогого лося без рогов. Они полагали, что леса на земле это не что иное, как шерсть восьминогой лосихи, а птицы — это вьющиеся над ней комары. Когда лосиха устает и переступает с ноги на ногу, случаются землетрясения.

В верованиях нганасанов божество земли имеет вид северного оленя. В других случаях лось или олень отождествляются со звездами, солнцем и вообще с небесной стихией.

Дошли до нашего времени и древние изображения лося или стад лосей, а также лося и человека — чаще всего в ситуации охоты, иногда поклонения человека лосю. Известны также изображения беременной или рожающей лосихи (ангарские петроглифы), лося и стада лосей вместе с рыбами, птицами, лодками, следами охотников-лыжников и т. п. (урочище Залавруга около Беломорска).

Эти изображения, также, как и древние ритуалы, помогают прежде всего определить космологическую роль лося.

Так, например, согласно эвенкийской традиции, дух-предок уводит человеческую душу шамана в мир зооморфных духов в нижнем царстве, который является шаманской родовой территорией. Там душу приводят к священному дереву, где она встречается с матерью-зверем шамана в образе лосихи или оленихи, лежащей у корней дерева. Мать-зверь проглатывает человечесг  [у шамана и рождает

Главную человеческую душу

Вместе с медведем лось у эвенков создает пару основных зооморфных образов космологической схемы: погоня медведя (манги), который находится в верхнем мире, за лосем (хэглэн) является порождением чередования дня и ночи; лосиха (харги), находясь в нижнем мире у корней мирового дерева, рождает для земли, которая является средним миром, людей и зверей, души которых после смерти медведь — дух предков и хозяин нижнего мира — уводит обратно в нижний мир.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.