Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

От доклассовых обществ к раннеклассовым - Страница 6

Действительно, для функционирования в конкретном обществе правового регулятора необходим регулярный прибавочный продукт. Наличие последнего обычно связано с общественной трудовой кооперацией, с регулярным и повторяющимся характером трудовых акций. Все это влекло за собой необходимость в нормировании затрат времени каждого члена коллектива на общественные нужды, а также распределения и перераспределения производимого продукта. Именно в этом проявляется тот прогресс, о котором писал Ф. Энгельс, что «.. .на известной весьма ранней ступени развития общества возникает потребность охватить общим правилом повторяющиеся изо дня в день акты производства, распределения и обмена продуктов и позаботиться о том, чтобы отдельный человек подчинился общим условиям производства и обмена»21. Эффективная организация подобной кооперации, нормирования и перераспределения возможна лишь в таких обществах, где руководящая верхушка — административные, духовные и военные вожди — функционально отделена от основной массы производителей и не участвует в самом процессе материального производства. В функцию этой верхушки входит также поддержание сложившейся социальной иерархии общества.

В государственных организациях мы фиксируем, как правило, достаточно развитую, чаще всего кодифицированную структуру права. Систематическое действие правового регулятора наблюдается уже в обществах с производящей экономикой. Однако некоторые исходные черты этого регулятора мы отмечаем еще в социальных объединениях высокоспециализированных собирателей, охотников и рыболовов 22.

Наблюдения подобного рода позволяют предварительно наметить три фазы в развитии правового регулятора. Первая — фаза зарождения — относится по преимуществу к тем обществам, где происходит лишь становление производящих форм экономики, а в некоторых случаях даже к сообществам, где полностью господствовало присваивающее хозяйство. Известно, что процесс сосуществования присваивающей и производящей форм растягивался надолго, нередко на одно-два тысячелетия. Видимо, именно с такими обществами и была связана фаза зарождения и становления правового регулятора. Вторая фаза знаменует уже оформление данного регулятора в некую систему правил и норм. Эта фаза может связываться с такими обществами, где мы отмечаем полную победу различных форм производящей экономики. И, наконец, третья фаза связана с письменной кодификацией права в ряде раннегосударственных образований 23.

Не вызывает сомнений, что генеральный путь социальной дифференциации общества, приводивший к отделению вождей и возникновению правового регулятора, связан с земледелием (особенно орошаемым), скотоводством 24, а также в значительной мере с горно-металлургическим производством. Горное дело и металлургия нередко отличались сложным ранговым разделением труда, приводившим к общественной кооперации, а также практически повсеместно наблюдавшимся особым положением горняков и металлургов в соответствующих обществах25. Производство в таких социальных объединениях приобретало сложный комплексный, взаимообусловленный характер. Оно требовало намного более жестких правил регулирования, регламентации взаимосвязей — не только трудовых, но и иных сторон социального бытия. Строительство крупных общественных сооружений, оросительных систем, дорог, гробниц и т. п. при участии значительных масс людей вряд ли могло производиться без действия правового регулятора и без соответствующих санкций, обеспечивавших его эффективность.

Особенно много для заключений подобного рода дают африканские материалы, относящиеся к культурам, расположенным южнее Сахары. Действенность и уровень развития правового регулятора представлены там столь выпукло, что это дало возможность ряду зарубежных и советских историков причислять подобные общества к разряду раннегосударственных. «Владения вождей бемба представляли собой государства в миниатюре, поскольку они обладали основной характерной чертой государства: непременной принудительной организацией», — пишет Ж. Маке о представителях так называемой «цивилизации зернохранилищ»26. К этим же заключениям близки взгляды советского историка Ю. М. Кобищанова, относящего подобные социальные структуры уже к числу раннефеодальных 27. «Непременная принудительная организация» касалась не только производственных вопросов. Она властно вторгалась во все сферы социальной жизни, что особенно было заметно на полиэтничных сообществах. Эти социальные организмы нередко имели ярко выраженный этнокастовый характер, где высшую касту зачастую составляли скотоводы подобно туарегам или масаям. Право здесь регулировало жесткое распределение социального статуса у различных групп населения, отношение их к тем или иным видам производства, постоянные даннические отношения между высшими и низшими слоями общества. Право закрепляло эндогамный характер многих каст. Соблюдение правовых норм обеспечивалось санкциями, осуществлявшимися высшей прослойкой общества. В целом структуры правового регулятора в огромном большинстве африканских систем соответствовали допись-менным фазам развития и предшествовали фазе его кодификации.

Авторы не ставили перед собой задачу расшифровки конкретных структур нормативного фактора в культурах, изучаемых археологией. Тем не менее вряд ли возможно избегнуть хотя бы некоторых параллелей и сопоставлений между рядом общностей, выделяемых на археологическом материале Евразийского континента и, например, теми, что упоминались здесь при разборе африканских культур, известных нам по этнологическим, социологическим и отчасти археологическим источникам.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru