Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя
 Проблемы бакальской культуры Страница - 64 6-05-2014, 20:14 |

Основной ареал распространения кушнаренковско-караякуповских памятников VI—X веков занимает бассейны рек Белая и Ик, на востоке ограничиваясь восточными предгориями Урала и верховьями рек Миасс и Тобол [Га-рустович, Иванов В. А., 1992, рис. 1; Боталов, 2000, рис. 29], на юге и юго-западе — верхним течением реки Урал, долинами рек Сакмара, Самара и Большая Кинель (Хусаиновские, Бекешевские I и II, Ямаши-Таусские курганы, погребения Ромашинское, Палимовское, Немчанка, Просвет I, на 116 км), на западе — левобережьем реки Ик. Отдельные группы кушнарен-ковского населения могли достигать левобережья Волги (рис. 1), на ранних этапах контактируя с носителями именьковской культуры, а во второй половине VIII — первой половине X веков (Болыпе-Тиганский, Измерский XII, Танкеевский и др. могильники) — с булгарскими племенами, вместе с ними сыграв заметную роль в формировании Волжско-Булгарского государства [Казаков, 1992].

В отношении вопроса об этнической принадлежности кушнаренковско-караякуповских памятников существуют различные точки зрения. Я присоединяюсь к распространенной точке зрения о принадлежности их к угорскому (по языку) в своей основе населению, этнокультурно близкому древневенгерской конфедерации. В целом кушнаренковско-караякуповскую общность можно определить как паравенгерскую. Не исключено, что в состав этой общности могли быть включены небольшие тюркские, самодийские, иранские и пермские группы. Основная часть населения вела кочевой и полукочевой образ жизни. Именно в ареале кушнаренковско-караякуповской общности, скорее всего в более южной подвижной кочевой ее части, нужно искать предков собственно венгров, не позднее середины IX века мигрировавших на запад. При этом перечисленные выше отдельные погребения в нижнем течении реки Самара (заметим, преимущественно бескерамические) могут одновременно быть репером в поиске начального пункта миграции, на что уже ранее указывалось [Иванов В. А., 1999. С. 93].

Что касается дальнейшей судьбы оставшейся части кушнаренковско-ка-раякуповской общности, надо думать, еще достаточно значительной, то западная ее часть (типа Болыие-Тиганского могильника), также рано оторвавшаяся, в дальнейшем постепенно утеряла этническую специфику в культуре Волжской Булгарии. Судьба же бельско-горноуральской ее части определялась, по-видимому, взаимодействием с носителями гребенчато-шнуровой керамики, в значительной массе мигрировавшими в Южное Приуралье во второй половине X—XI вв. (Мрясимовские, Каранаевские, Кушулевские и др. курганы).

Переходя к характеристике кушнаренковско-караякуповских материалов Камско-Вятского междуречья, отмечу их локализацию на этой территории двумя разновременными группами (рис. 1). Более ранние из них выявлены в южной части рассматриваемого региона, которая приурочена к правобережью Камы и ее правым притокам Иж и Тойма, где Р. Д. Голдина и Т. К. Ютина выделяют верхнеутчанскую культуру, а более поздние — в верхнем течении реки Чепцы, в ареале поломской культуры. Еще одна концентрация находок кушнаренковской керамики, которую мы в дальнейшем не будем касаться, наблюдается в бассейне реки Сылвы, на территории неволинской культуры.

По данным на середину 1980-х годов (более поздние данные отсутствуют), в южной части Камско-Вятского междуречья отмечено девять памятников, содержавших кушнаренковскую керамику [Казанцева, Ютина, 1986]. Два кушнаренковских сосуда, найденные при строительстве на окраине поселка Луговой Елабужского района, происходят, вероятно, из разрушенного погребения [Археологическая карта, 1981, № 795]. Керамика этого типа происходит из разведочных сборов на Верхнеутчанском селище, Варзи-Ят-чинских городище и селище. Значительные коллекции этой посуды получены раскопками Кузебаевского I [Останина, 2002], Верхнеутчанского [Ютина. 1984] и Благодатского I городищ [Казанцева, Ютина, 1986]. Обломки сосудов кушнаренковского облика отмечены на Петропавловском могильнике VII века, синкретичном по своему характеру [Семенов, 1976. С. 48]. Более точными данными о находках кушнаренковской керамики на городище Че-ганда I и Татарско-Чилчинском местонахождении я не располагаю.

Археологические памятники VI—IX веков южной части Камско-Вятского междуречья Р. Д. Голдина и Т. К. Ютина объединяют в верхнеутчанскую культуру [Ютина, 1994. С. 15—16; Голдина, 1999. С. 283—285], пермскую в своей основе. Не вдаваясь здесь в дискуссию о ней, отмечу лишь некоторые «слабые звенья». Большинство исследованных поселений содержит этнокуль-турно смешанный материал, что четко наблюдается по выявленной керамике. Так, наряду с постмазунинскими комплексами (собственно верхнеутчан-ский тип) представлены, причем иногда в значительной доле, именьковские, кушнаренковские, поломско-ломоватовские комплексы. Например, по данным Т. И. Останиной на Кузебаевском городище именьковская керамика составляет около 68%2. Этнокультурную смешанность демонстрирует и единственный исследованный здесь могильник рассматриваемого периода — Пет-ропавдовский. Кроме того, для данной территории пока очень слабо представлены комплексы второй половины VIII—IX веков.


 
Разместил: admin

html-cсылка на страницу
BB-cсылка на страницу

Комментарии

 

 

Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

 

Www.istmira.ru