Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Жизнь первобытного общества Страница - 12

Уйдя на охоту далеко в тайгу, охотник часто по многу дней не возвращался в чум. Этот способ охоты, связанный с ночевкой в лесу у костра (анга), требовал соответствующих навыков и большой выносливости. Промышляя весь день, охотник к ночи разводил костер, сооружая подле него небольшой заслон от ветра, и устраивался у костра ночевать. Обсохнув и отдохнув, закусывал тем, что удалось добыть по пути съестного (рябчиком, косачом и т. п.). Если из дичи добыть ничего не удавалось, доставал из запасного кожаного мешочка горсточку мясной муки (истертого в муку сушеного мяса) и съедал ее, прикусывая полоской вяленого кишечного жира. Взяв от костра небольшой комок подтаявшего снега, медленно, небольшими глотками сосал холодную снежную воду. Усталый от промысла, ложился тут же на снегу, подбросив под себя несколько хвойпых веток, и засыпал, отдыхая на морозе под открытым небом. Прогорит костер, побелеет от инея одежда, а труженик тайги спит. Чуть свет, он уже на ногах.

В простом снаряжении охотника эвенка все было приспособлено к условиям таежного промысла. На ноги надевалась короткая, с голенищами до половины икры ног меховая обувь. Она шилась из оленьего камуса шерстью наружу. Короткая плотная шерсть камуса, обращенная ворсом книзу, сохраняла не только тепло, но имела и ряд других преимуществ: спег по скользкой поверхности камуса скатывался при ходьбе, не лип и не набивался в плотную гладкую шерсть. Подошва обуви шилась из жестких оленьих «щеток» (шкуры, снятой из-под копыт оленя), имеющих длинную жесткую, торчащую в разные стороны шерсть. Такая обувь удобна при ходьбе: нога не скользила, была устойчива при любом движении, не набивался под пятку на лыжу снег. Непосредственно на ногу навертывалась стелька из болотной травы, высохшей на корню. Два качества делали эту траву весьма удобной для стельки: во-первых, она не ломалась при сгибе и заменяла портянку (ее клали длинным пучком от пятки вдоль ступни, обматывая свободным концом ногу), во-вторых, быстро высыхала, а после просушки не теряла своих первичных качеств. Ноге с этой стелькой было мягко, удобно, тепло. Короткие голенища меховой обуви забирались под наколенники, которые шились длинными (в форме штанины). Сверху наколенники прикреплялись к поясному ремню, внизу имели продольный небольшой разрез, удобный для обхвата голенища. Разрез по щиколотке ноги обматывался сверху тонким мягким ремнем. В таком виде нога вполне была защищена от возможных вывихов при ходьбе, и в обувь не попадал снег.

Верхняя одежда у эвенков шилась распашной, максимально удобной для движения охотника. Спереди она имела разрез во всю длину, а на груди стягивалась ременными завязками. Образующаяся спереди щель прикрывалась изнутри передником. Верхние ремешки передника завязывались сзади на шее, нижние прихватывали передник по талии, защищая тело от холода и снега. В плечах рукава были широкими, чтобы не стеснять движений охотника, внизу узкими, чтобы рукав не цеплялся. Рукавицы, сшитые из оленьего камуса, вверху заканчивались широкой полосой из ровдуги, которая с помощью ремешка-сдевки плотно облегала нижний конец рукава. При этом положении в рукава и рукавицы не попадал снег, не проникал мороз и ветер. Для того чтобы рукавица пе стесняла в нужный момент движения руки, на ней чуть повыше большого пальца имелся с внутренней стороны поперечный разрез. Одно движение — и нет на руке рукавицы, она повисла выше кисти руки, а освободившаяся от нее рука могла производить любые движения (настораживать спуск самострела, завязывать или развязывать ремень). Затем руку вновь убирали через поперечный разрез в рукавицу. Для того чтобы в разрез не задувал ветер и не попадал снег, с той и другой стороны разреза пришивались две полоски густого меха.

Столь же примечательны и лыжи охотника — короткие, чтобы удобнее было ходить по тайге, и широкие, чтобы не проваливаться в рыхлом снегу. Они были настолько тонки и легки, что почти не чувствовались на ногах. Чтобы лыжи не ломались при ходьбе, снизу их подклеивали во всю длину камусом шерстью назад. От этого лыжи легко скользили и не откатывались назад при подъеме на крутые склоны.

Средняя часть лыжи была круто выгнута и сильно пружинила ногу при ходьбе. От этого шаг охотника делался быстрым, размашистым.

Эвенкийские лодки-берестянки были хорошо приспособлены для плавания по быстым, порожистым, мелководным горным речкам тайги. Легкие, с плоским дном, с вытянутыми над водой кормой и носом, зашитые сверху берестой, лодки эти быстроходны, послушны веслу. Двухлопастное узкоперое весло имело выступы-сосочки. При взмахе весла по ним стекала за борт вода. От этого в лодке было сухо и не мокли руки и рукава у гребца.

Словом, в каждой области прошлой материальной культуры эвенков видна приспособленность к охотничьему кочевому быту, и лежащие в основании ее естественнотехнический опыт и знания, накопленные за тысячелетия общественно-исторической производственной практики.

Впрочем, эвенки отнюдь не исключение. Аналогичные явления имели место и у других народов Севера в их прошлой культуре. В. Г. Богораз писал: «Охотничьи ловушки и оружие, жилище и одежда палеоазиатов, эскимосов и других гиперборейцев отличаются значительной сложностью и разрешают проблемы питания и сохранения

Тепла с применением такой изобретательности, которая во многих случаях является предметом подражания других народов, переселившихся позже на Север».52 Характеризуя условия материальной жизни и материальную культуру эскимосов конца XIX—начала XX в., В. Г. Бо-гораз отмечал:  «Эскимосская материальная культура

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru