Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Ижевские повстанцы и «красный террор» Страница - 3

Так, может быть,^тоит объяснить данный тезис лишь рвением современных мифотворцев? Это было бы проще всего, но следует всё же постараться выяснить, откуда «но^и растут» у мифа о 400 расстрелянных в Ижевске в первые дни после восстанбвления Советской власти.

Наш земляк и «певец Белого движения» С. А.Жилин проделал большую работу по изучению антибольшевистской прессы. В 2008 г. он опубликовал следующий тезис: «Ещё страшнее была участь оставшихся < в Ижевске>. Как только Красные заняли Нагорную часть <города>, они немедленно, оцепив завод, извлекли оттуда около 400 рабочих, вогнали их в церковный двор и расстреляли из пулемётов. Затем началась расправа с жителями. Не были пощажены женщины и дети (газета «Военные ведомости», 9 апреля 1919 г.)» [5, с. 36]. По всей видимости, пассаж был заимствован именно из той газеты и публикаторами мемуаров Д. И.Федичкина, и А. И.Солженицыным, который широко использовал тексты Белых изданий.

Но, пожалуй, наиболее развёрнутую картину «зверств Красных» дал полковник Н. А.Протопопов в своей художественно-исторической повести, которая увидела свет в Харбине в 1942 г. и ныне переиздана нами:

«11 ноября части красных, разбив слабое прикрытие ижевцев, ворвались в завод. Арьергард, а также часть не успевших уйти солдат ижевцев, бросились спасаться, кто куда только мог. Многие из солдат, побросав винтовки и остальное снаряжение, побежали на завод. Но красные части окружили самый завод и стали делать поверку рабочих. Тех из рабочих, которые имели рабочий билет, отпускали, но которые не могли доказать, что они здесь работают, латыши из отряда Крайса выводили на церковную площадь и здесь расстреливали. В первый же день господства красных в Ижевске было убито более 800 человек.

Трупы расстрелянных сначала были брошены на церковной площади, и только через день красные приступили к их уборке. Сколько ни просили родные и близкие Федю или Крайса4 выдать трупы для погребения, те всем отвечали одинаково:

— Нет! Мы сами их похороним...

13 ноября на уборку трупов было поставлено три обывательских подводы и пять человек из арестованных, уголовников. Эти уголовники наваливали трупы на подводы, а потом везли их через весь завод в лес к заводскому озеру, где и сбрасывали их в огромные ямы, из которых когда-то заводское управление брало глину.

15 ноября к трем подводам и пяти арестантам было прибавлено еще семь подвод и десять рабочих, и все же только через три дня удалось очистить площадь. С первого же дня в Ижевске стала работать и Ижевская чрезвычайная комиссия.5

Агенты Чека ловили и хватали всех тех, на кого указывали скрывавшиеся ранее местные коммунисты. Хватали часто тех, на кого поступали просто ложные доносы, а потому через два дня их работы все местные арестные помещения были переполнены настолько, что нельзя было посадить более ни одного нового арестованного. Стали тогда садить по сараям, погребам и даже частным домам. Л чтобы освободить места, производились каждую ночь расстрелы.

Нее притихло. Все спрятались.

Отряды латышей, мадьяр, китайцев ходили из дома в дом и открыто грабили тс квартиры, хозяевам которых удалось уйти...» [6, с. 187].

Л состоялся ли в реальности тот массовый расстрел? Вопрос этот пытались прояснить наши коллеги. Так, по мнению Е. Ф.Шумилова, здесь имел место «эффект замещения»: трупы действительно были, но лежали они во дворе расположенного поблизости от собора Военного отдела Народной армии, и было их от 30 до 40. Причём, «это были не повстанцы, а те, кого Ижевцы арестовали и казнили в тот момент штурма, когда стало ясно, что Ижевск обречён» [3, с. 60]. К сожалению, и здесь уважаемый коллега не даёт ссылки на источник своих данных, поэтому нам ничего не остаётся, как продолжить поиск объективных свидетельств.

Ижевская «гора» и Свято-Михайловский собор.

А свидетельства таковы. Во-первых, массового расстрела здесь, по-видимому, не производили не только Красные, но и повстанцы. Так, боткинский чекист А. И.Турецкий, сидевший в заключении у Ижевцев, вспоминал, что он и его сокамерники. были этапированы 7 ноября, когда артиллерия и пулемё-

Ты азинцев обстреливали город со стороны Казанского вокзала. «Ночью под грохот красногвардейских бомб и свист пуль, под усиленным конвоем нас вывели на дорогу и погнали на гору, когда повсюду летели красные снаряды. Часть из наших арестованных бросились бежать при подъёме в гору. Но мало кто мог вырваться из лап бандитов. Охрана колола на месте пытавшихся бежать. Кололи и тех, которые от холода и голода не в состоянии были идти. Все были в одном белье и босыми. Гнали нас на Боткинский завод...» [7, с. 109].

Общеизвестно, что предотвращение побега - это прямая обязанность конвоя, да и, попав под «дружественный» огонь, некоторые люди из колонны конвоируемых арестантов могли погибнуть. А если учесть, что Горой у нас традиционно называли центральную возвышенную часть города, на которой расположен Свято-Михайловский собор, то, возможно, именно здесь, в ограде собора и были «прибраны» тела тех погибших из числа арестованных Советских работников?

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru