Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Изучение Индии в России (очерки и материалы) - Страница 8

Идея налаживания русско-индийской торговли не была оставлена и после Петра. В анонимном проекте 1727 г. речь шла о караванных путях из Астрахани через Среднюю Азию. В проектах 30-х годов начальник оренбургской экспедиции И. К. Кириллов предлагал идти в Индию из Оренбурга. Он старался основать здесь индийскую торговую колонию, приглашая индийских купцов из Бухары. Какое-то число их, видимо, действительно приезжали в Оренбург в середине ХТН в. — известно, что даже цены на товары в этот период в городе определялись не только в рублях, но и в рупиях49. Время от времени рассматривались проекты иностранных предпринимателей, ратовавших за учреждение специальной компании для торговли с заморской страной.

В начале 50-х годов оренбургский губернатор И. Неплюев пытался организовать компанию русских купцов для торговли с Индией и среднеазиатскими ханствами. В 60-е годы вопрос о северо-восточном пути в Индию занимал М. В. Ломоносова. Тогда же вновь делались попытки наладить русско-индийскую торговлю через Сибирь и среднеазиатские ханства. Наконец, еще в 90-е годы несколько раз вносились предложения по поводу создания компании для торговли с Индией, как по суше, так и по морю — через Мадагаскар.

Проекты эти не были осуществлены. Сведений о посещении русскими далекой восточной страны в первой половине XVIII в. почти нет. Соответственно возможности ее изучения в России были несравненно более ограниченными, чем в Западной Европе. Одно обстоятельство, однако, облегчало русско-индийские контакты — индийцы жили в самой России. Наиболее обширная торговая колония их находилась в Астрахани с начала XVII в50. К середине следующего столетия она насчитывала около 100 человек. Постоянная колония существовала и в Кизляре на Тереке. Торговали заморские купцы на Макарьевской ярмарке, в Москве и Ярославле.

Можно было встретить индийцев и в других городах. Так, русское посольство, направлявшееся в Пекин, в 1719 г. повстречало в районе Селенгинска аскета из Мадраса51. При императрице Анне Иоанновне в Санкт-Петербурге за слонами, подаренными ей персидским шахом, ухаживали 18 индийцев. В иные годы число их соотечественников, живших на Руси временно или постоянно, достигало нескольких сот. Они попадали сюда преимущественно из Персии, через Восточный Кавказ. Были, несомненно, и иные пути — через Среднюю Азию, через Монголию в Забайкалье.

Русское правительство покровительствовало восточной торговле. В 1722 г. Петр побывал в Астрахани и принял старейшину индийских купцов Анбу Рама. По именному указу царя им предоставлялась значительная самостоятельность — велено было «в их дела губернаторам и прочим правителям не вступать». Этот указ не нарушался на протяжении всего XVIII в52.

Индийские торговцы в Астрахани составляли самоуправляющиеся объединения того же типа, что и аналогичные корпорации на их родине. В колонии жили также лица, занимающиеся услужением, и, возможно, ремесленники. Было здесь немало жрецов-брахманов1’ (богатые купцы иногда брали их с собою в Москву и Петербург), а также несколько «пустынников» — отшельников, существовавших подаянием. Все они следовали своим обычаям, выполняли обряды и регулярно посылали дары в храмы Индии. В трех молельнях совершались религиозные церемонии. Несмотря на то, что местное полицейское начальство иногда выражало недовольство поданному поводу, препятствий иноверцам, по-видимому, оно не чинило. В этом отношении индийцы в России находились в гораздо более благоприятном положении, чем, например, в соседнем Иране.

Астраханская колония была тесно связана, прежде всего, с такими же колониями в Персии и торговала в значительной мере персидскими товарами (поэтому не нужно переоценивать роль астраханской колонии в русско-индийской торговле), но и контакты со своей страной не прерывались. Некоторые индийцы возвращались затем на родину, довольно часто в Астрахань приезжали индийские торговцы на короткий срок.

В собраниях восточных рукописей хранятся индийские религиозные тексты из Астрахани, как привезенные из страны, так и скопированные в самой колонии53. Известно несколько описаний астраханских индийцев, сделанных как русскими, так и иностранными путешественниками, — достоверные свидетельства об их образе жизни и обрядах.

Уже в первой половине XVIII в. в России предпринимались серьезные попытки изучения индийских языков не только по западной литературе, но и с помощью живших здесь индийцев. Начальные этапы индологии в России во многом напоминали такие же шаги и в Европе. В дневниках немецкого ботаника и врача Даниила 1отлиба Мессершмидта, отправленного при Петре Великом в многолетнюю экспедицию для исследования Сибири, неоднократно упоминаются индийцы54. В Удинске он беседовал с одним из них, принадлежавшим к касте писцов, кэтхи (т. е. каястха)55. В районе Тобольска, в селе Демьяновском, он познакомился с местным «комиссаром» по имени Василий, который оказался крещеным индийцем из Мултана. Индиец записал в тетрадь путешественника свое имя на родном языке56. Особенно примечательной была встреча с индийским купцом по имени Парасотамагире. Он был родом из Дели, но постоянно жил в Иркутске, женился там и принял православие. По отзыву Д. Мессершмидта, это был очень образованный и толковый человек, знавший несколько языков и систем письма57. Ученый ежедневно брал у него уроки, выучился чтению, письму и разговорному языку58, получил некоторые сведения о санскрите. С помощью Парасотамагире он составил перечни индийских названий животных, птиц и растений, исправлял ошибки в имевшейся европейской научной литературе. Дневники Д. Мессершмидта содержат суждения о фонетике и алфавитах индийских языков. Интерес к этой тематике был устойчивым. В его бумагах в СПб филиале Архива РАН сохранились заметки, касающиеся не только индоарийских языков, но и тамильского. Изучение индийских алфавитов (в частности, ланда) привело его к важному заключению об индийском происхождении тангутского письма59. Парасотамагире, несмотря на принятие христианства, соблюдал некоторые предписания индуизма и хранил «священные» книги на санскрите. Несколько таких книг, переписанных в Дели и в Варанаси, Д. Мессершмидту удалось получить для своей коллекции и привезти в Санкт-Петербург. Именно на основе этой коллекции петербургский академик Теофил (Готлиб) Зигфрид Байер написал статьи о «брахманской, тангутской и монгольской письменности», помещенные в Трудах Академии наук.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru