Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

КГБ в русской эмиграции - Страница 12

Да и чем бы тогда чекисты, арестовавшие Марка, отчитывались за свою работу? Тем, что отпустили? А где же конкретный результат, который так ценится в КГБ? Или, как говорят там, «сухой остаток»?

Да и никто бы не позволил его отпустить!

Ведь всякий иностранец, правдой или неправдой попавший в руки КГБ, считался лакомым жирным цыпленком. Его можно было обменять на советского разведчика, попавшего в плен, или использовать в коммунистической пропаганде.

Все это считалось большим успехом и сулило чекистам награды. А если отпустить, то и поощрений не будет. Да ведь КГБ - военная система. Каждый шаг здесь надо согласовывать с десятком начальников.

Чекисты могли его отпустить лишь обмен на еще большее поощрение. А его дают за вербовку иностранца. Она считается высшим достижением в работе чекиста. Его карьера идет вверх.

О том, как вербовать иностранцев, попавших к нам под арест, учат в Минской школе КГБ.

Наивного западного человека облапошить очень легко. Для этого используют «злого» и «доброго» следователей.

«Злой» говорит так:

- Ну, теперь ты попался! Читал небось «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына? А с тех пор наши лагеря не изменились. Засадим тебя туда лет на семь, и прикажем нашей агентуре среди заключенных, чтобы они тебя каждый день насиловали. И двух месяцев не продержишься!

Но тут вступает в разговор «добрый» следователь:

- О, не будь столь жесток к нашему другу! Ведь он будет сотрудничать, не так

Ли?

Донельзя запуганный иностранец, никогда в жизни не сталкивавшийся с подобным обращением, обреченно кивает. И тут добрый следователь подсовывает листок бумаги.

Архиепископ Марк (Арндт) Берлинский и Германский


- Пиши расписку: «Обязуюсь сотрудничать с КГБ»! - говорит он внезапно посуровевшим голосом.

Если иностранец отказывается, процедура может затянуться надолго.

С Марком работали. Ему пришлось даже ночевать в КГБ. Но вот где - на дощатых нарах Лефортовской тюрьмы или на мягких простынях конспиративной квартиры?

В 1979 году я уже был старшим лейтенантом КГБ и отлично помню ту настороженность, с которой КГБ относился к ввозу антисоветской литературы.

Противодействие ему было задачей не только контрразведки, ловившей таких, как Марк, но и разведки, действовавшей за рубежом.

Она вербовала продавцов магазинов русской книги в странах Запада, заставляя их доносить о том, кто из советских граждан покупал у них запрещенную литературу.

Абсолютно все представители внешнеторгового объединения «Международная книга» в советских торгпредствах были офицерами политической разведки КГБ. Именно они и вербовали продавцов русской литературы. И при этом были прямы:

- Если будешь сообщать нам о своих советских покупателях, заключим с тобой контракт себе в убыток. У нас государство богатое.

И когда западный предприниматель, порой русского происхождения, рассыпался в благодарностях, разведчики так же говорили ему внезапно посуровевшим тоном:

- Пиши расписку!

После этого доверчивый книготорговец до самой смерти попадал под дамоклов меч ареста контрразведкой своей страны.

Для того чтобы вернуться в атмосферу тех лет, я позвонил в Москву известному правозащитнику Сергею Григорьянцу. Он провел 9 лет в лагерях, будучи обвиненным по той самой 70-й статье - «Антисоветская пропаганда».

И почему-то КГБ не отпустил его, как архиепископа Марка. Наоборот, ФСБ, наследница КГБ, ненавидит правозащитника святой ненавистью до сих пор.

В конце восьмидесятых годов, на волне перестройки, Сергею Григорьянцу удалось создать правозащитный фонд «Гласность». Его целью стало развенчание деятельности КГБ. От проводимых им международных конгрессов «КГБ: вчера, сегодня, завтра» ФСБ скрежетала зубами, но сделать ничего не могла: демократия! Хотя даже в ее недолгий периоду Сергея Григорьянца убили сына, и чекисты неоднократно намекали ему, что это сделали они.

Однако с приходом к власти Путина ФСБ поняла, что руки развязаны. В конце 2003 года, в обстановке откровенных провокаций «Гласности» удалось провести свою последнюю конференцию «Роль спецслужб в управлении Россией». После этого ее деятельность была парализована.

Сергей Григорьянц рассказал мне следующее:

«Если в семидесятые годы у кого-нибудь находили антисоветскую литературу при въезде в страну, то против этого человека выдвигали обвинение в антисоветской пропаганде. Следствие по таким делам находилось в компетенции КГБ.

Если кого-либо из иностранцев все-таки приходилось отпускать по политическим соображениям, то это делали в скандальной форме. Иностранца выдворяли из СССР и навсегда закрывали въездную визу.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru