Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

КГБ в русской эмиграции - Страница 4

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕЧАТНОМУ ИЗДАНИЮ

Три года назад мне пришлось перебраться в США, где я получил политическое убежище. В Москве меня уже начинали прижимать за мои разоблачительные статьи и книги о КГБ, опубликованные в девяностые годы. Профессиональным чутьем разведчика я ощутил грозную опасность. Ведь Путин, едва придя к власти, начал расправу с чекистами-диссидентами, осмелившимися критиковать родное ведомство.

Влившись в среду русских эмигрантов в Америке, я был поражен тем, как бесцеремонно орудует в ней путинская разведка. Она пытается присоединить Русскую Зарубежную Церковь к Московской патриархии, руководимой агентами КГБ и полностью подконтрольной государству. Так Кремль подчиняет себе русскую эмиграцию, превращает ее в инструмент давления на Запад, кем в советские времена были иностранные коммунисты. Над каждым русским эмигрантом нависла угроза вербовки лубянским ведомством.

Мне стало обидно за своих новых собратьев, и в помощь им я решил написать эту книгу. Она поможет уберечься от вербовки, расскажет, как распознать разведчика. Некоторые из ее глав, опубликованные в печати, уже вызвали шпионский скандал в Москве.

Написать эту книгу мне помогли сами русские эмигранты, священники и миряне со всего света. Они снабдили меня уникальным разоблачительным материалом, ждавшим своего часа.

Спасибо им.

Константин Преображенский, 2007 год

Преображенский Константин Георгиевич. Русский. Родился в 1953 году в Москве в семье военнослужащего.

ОБ АВТОРЕ


После окончания в 1970 году средней школы поступил в Институт стран Азии и Африки при МГУ, который окончил в 1976 году. В 1975-76 годах стажировался в Токио, в японском университете Токай.

В 1976-91 годах служил в Первом Главном управлении КГБ СССР

В 1980-85 годах - корреспондент ТАСС в Токио.

В 1985 году был вынужден покинуть Японию в результате шпионского скандала.

Последняя должность в КГБ - референт начальника Научно-технической разведки по работе по Китаю.

Автор книг:

«КГБ в русской эмиграции» Вашингтон, 2007.

«КГБ в Японии» Москва, 2000.

«Шпион, который любил Японию» Токио, 1994.

«Неизвестная Япония» Москва, 1993.

«Как стать японцем» Москва, 1989.

«Спортивное кимоно» Москва, 1985.

«Бамбуковый меч» Москва, 1982.

Повести «Каратэ начинается с поклонов» и « Очень новая старая пагода», написанные автором в возрасте 22 лет, включены Ленинградским отделением АН СССР в академическую антологию «Советские писатели о Японии», Ленинград, 1987.

С 2003 года живет в США.

КОГДА ЖЕ БУДУТ СУДИТЬ ПУТИНА?

Книга К. Преображенского «КГБ в русской эмиграции» была уже готова к печати, когда разразился скандал по поводу отравления жившего в Лондоне бывшего полковника ФСБ А. Литвиненко. Издательство Liberty обратилось к автору с просьбой написать несколько строк по этому поводу.

Многолетняя служба в КГБ, а потом борьба с ним обострили во мне чувство опасности. Поэтому пару недель назад, когда я перестал получать электронные письма от Александра Литвиненко, в душе возникло чувство тревоги. А вскоре пришла и весть о его отравлении и смерти.

Его письма приходили ко мне почти каждый день. Это были его статьи, бичевавшие путинский режим, рассказы единомышленников и даже прекрасные стихи на английском языке, которые сочиняет его сын-подросток.

Мы дружим, хотя и никогда не встречались. Когда в 2002 году вышла Сашина книга «ФСБ взрывает Россию», написанная совместно с Ю. Фельштинским, московские корреспонденты Би-Би-Си обратились ко мне с недоуменным вопросом: неужели все описанное может происходить в нормальном демократическом государстве, каким и по сей день некоторые из эмигрантов считают Россию.

- Увы, все это правда! - подтвердил я, к тому времени знавший, что жилые дома в Москве в 1999 году взорвала ФСБ, а никакие не террористы. Мое признание разлетелось по всему миру.

Как я позже узнал от Литвиненко, Владимир Буковский отреагировал на него такими словами: «Нашего полку прибыло! Скоро этот Преображенский окажется на Западе»...

Так и произошло. Мои преследования вспыхнули с новой силой. Почувствовав грозную опасность, я улетел в США. Литвиненко тотчас позвонил мне сюда и поблагодарил за поддержку. Мы разговаривали несколько часов, два чекиста-подполковника с трудной судьбой. Так началась наша дружба.

Когда я служил в разведке, о ядах мы говорили мало. И вовсе не из-за секретности этой темы. Просто научно-техническая разведка, которой я принадлежал, занималась промышленным шпионажем, а не ликвидацией политических противников. А кроме того, существует ведь много других способов убийства и воздействия на людей. Например, когда здесь, в США, тот или иной советский разведчик перебегал к американцам, резидент КГБ собирал всех своих офицеров в посольстве в Вашингтоне и приказывал им раздавить предателя своей машиной, если они увидят его переходящим улицу или даже бредущим по тротуару.

В гораздо большем ходу были психотропные препараты, развязывающие язык. Они применялись для проверки искренности агентов-иностранцев. Их называли «лекарством правды». Порой применение этого лекарства приводило к курьезным случаям.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru