Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Николай I - Страница 8

Так уж вышло, что великие князья с детства были шефами гвардейских полков, играли в оловянных и фарфоровых солдатиков, строили в саду крепости. В детских играх проявлялась разница характеров. Будущий генерал-инспектор по инженерной части Николай возводил крепости, а гене-рал-фельдцейхмейстер (формально назначен Павлом I шефом артиллерии в день рождения, фактически с 1819 года) младший брат Михаил их разрушал. Вообще, в детстве Николай был застенчив, робок, боялся орудийных выстрелов, а страх перед грозой сохранялся у него до 1808 года. Как отмечалось в одном из журналов-дневников воспитателей за 1805 год, Николай «вовсе не отличался воинственным духом и во многих случаях обнаруживал робость и даже трусость»60. Впрочем, его голубые глаза загорались всякий раз, когда при нем говорили о сражениях.

Военная амуниция в виде игрушек также окружала его с раннего детства. Уже в августе 1798 года ему было куплено деревянное ружье, а в августе 1800 года — шесть деревянных шпаг. У Николая и Михаила имелись также алебарды, гренадерские шапки, барабан, трубы, зарядные ящики и деревянные лошади. В сентябре 1801 года Николай впервые сел на верховую лошадь61. Однажды в Царском Селе он встал в караул у неохраняемых дверей спальни Александра I (последний заявлял, что «хотел быть охраняемым любовью своих подданных»). Увидев это, государь едва удержался от смеха. «Хорошо, дитя мое, — сказал он брату, — но что бы ты сделал, если бы явился обход? Ты не знаешь пароля?» — «В самом деле, отдается ведь всегда пароль и лозунг, — отвечал князь, недовольный собою. — Все равно я бы не пропустил никого, будь это сам Аракчеев, который проходит всюду»62. Не с этих ли детских лет берет начало стойкая нелюбовь Николая Павловича к А. А. Аракчееву?

И все же великим князьям постарались дать неплохое образование. Выбор преподавателей, по мнению М. А. Кор-фа, «можно было назвать счастливым и несчастливым»63. Учителя более подходили для университетских курсов, нежели школьных уроков. Для преподавания был приглашен известный статистик академик А. К. Шторх, который читал лекции по политической экономии и на их основе издал свое учебное пособие в 1819 году на французском языке. Академик А. К. Шторх был сторонником освобождения крестьян, и, возможно, из его лекций Николай Павлович почерпнул первые сведения по крестьянскому вопросу. Статистика Российской империи (то есть экономическая география со статистическими сведениями) читалась по Е. Ф. Зяб-ловскому. В представлении Николая Павловича эти педагоги были большими педантами.

Среди преподавателей Николая Павловича в разное время были А. И. Маркевич, приглашенный из Австрии М. А. Ба-лугьянский, читавший курс истории права, профессор кафедры римского права Педагогического института В. Г. Кукольник (отец писателя Нестора Кукольника), преподававший естественное право. Бывший профессор русского языка и словесности Дерптского университета коллежский советник Г. А. Глинка вместе с европейски эрудированным знатоком изящных искусств генерал-майором Н. И. Ахвер-довым изучал с великими князьями русский язык, русскую историю, географию, статистику и русскую словесность. Впрочем, Николай под руководством Н. И. Ахвердова с большим удовольствием учился строить крепости, делать из воска бомбы, картечи, ядра. Преподаватель Первого кадетского и Горного корпусов статский советник и член Академии наук Крафт отвечал за математику и механику, Вольге-мут преподавал физику. Именно в физике и точных науках Николай достиг наибольших ученических успехов. Швейцарский уроженец профессор всеобщей истории Дю-Пюже (du Puget Dyverdon) учил великих князей также и французскому языку, пастор англиканской церкви Питт и К. И. Се-джер — входящему в моду английскому, цензор немецких книг и директор немецкого театра Ф. П. Аделунг — немецкому. Он же занимался с великими князьями латинским и древнегреческим языками, логикой и «моралью», то есть нравоучительным чтением в основном из античной истории.

Особые трудности возникали у Николая Павловича на уроках русского языка. С азбукой его познакомила мисс Лайон. Известно, что до шестилетнего возраста великий князь знал только 13 букв русского алфавита. В 1802 году начались регулярные уроки по русскому языку, которые давал один из дежурных «кавалеров» полковник П. П. Ушаков. С его сыном, поступившим в 1809 году в Пажеский корпус, Николай был особенно дружен. Он писал ему короткие письма-записки, называл его «Лоло» и подписывался «Романов III» (то есть третий по старшинству после Александра и Константина)64. Известно также, что с 1804 года Николай читал по-русски извлечения из «Деяний Петра Великого» И. И. Голикова и сочинений М. В. Ломоносова. По свидетельству историка С. М. Соловьева, позднее, когда Николай I подбирал учителей для наследника, у него появилось желание обратиться к редактору и издателю «Вестника Европы» М. Т. Каченовскому. Император говорил, что «уважает этого ученого, по журналу которого он выучился читать по-русски»; впрочем, Николая I тогда отговорили, «выставляя на вид его вредное направление, скептицизм»65. В журнале, который вели воспитатели великого князя, под 16 февраля 1809 года отмечалось: «Великий князь очень хорошо учится, кроме русского языка, о котором можно сказать, что он знал изредка, от того, что великий князь мало размышляет и по временам забывает самые простые и давно известные ему вещи»66. Первые письма, которые Николай писал императ-рице-матери начиная с 30 мая 1809 года, были на французском языке; на русском он начинает писать только полтора года спустя. По мнению М. А. Корфа, «русские письма объемистее, но содержат по большей части лишь сухие выдержки из лекций, готовые даты и цифры, так что личность Николая Павловича в них как бы вполне исчезает». Позже Николай старательно пишет сочинения на русском языке. Раскрывая заданную 14 апреля 1811 года тему: «В чем состоит в мире самое истинное и одно прочное добро?» — он, как видно из его письма к Марии Федоровне, отвечал, «что должно оное полагать в добродетели»67. В 1813 году Г. И. Вилламов, перечитывавший письма Марии Федоровне, отзывался о сочинениях Николая уже несколько иначе: «Написаны они очень хорошо, очень смешно, но совершенно не назидательны, так как предметом карикатур и насмешек были его сверстники и учителя»68. А с орфографией трудности возникали и позднее. Представляя офицерам своего полка подготовленное им собственноручно наставление, Николай Павлович, по свидетельству князя Н. Н. Тенишева, сказал: «Не обращайте внимания, господа, на орфографию. Я должен сознаться, что на эту часть при моем воспитании не обращалось должного внимания»69. При этом именно Николай I сделает русский язык обязательным для делопроизводства во всех государственных учреждениях (кроме МИДа) и официальным языком при Императорском дворе.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru