Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

О любви к Отечеству и народной гордости - Страница 11 История России

Отличительной чертой формирующихся взглядов раннего Карамзина первоначально было почти полное отсутствие интереса к православной религии. Исследователи отмечали, что само слово «православный» упоминается в «Письмах русского путешественника» один-единственный раз40.

Согласно зрелому Карамзину, Православная Церковь играла исключительную роль в общей системе государственного устройства. Она являлась своего рода «совестью» самодержавной системы, задающей нравственные координаты для монарха и народа в стабильные времена, и, в особенности, когда происходили их «случайные уклонения от добродетели». Вера позволяла самодержцу «владеть сердцами народа в случаях чрезвычайных». В дальнейшем в своей «Истории государства Российского» Карамзин подчеркивал: «...История подтверждает истину, что вера есть особенная сила государственная»41. Самодержавие руководствуется исключительно законами Божиими и совестью. Хотя могут быть и мудрые советники, в числе которых, конечно, Карамзин видел и себя.

Карамзин подчеркивал, что власть духовная «должна иметь особенный круг действия вне гражданской власти, но действовать в тесном союзе с нею». В то же время Православие, Церковь, духовная власть не должны быть подвластны самодержавию. Карамзин был одним из первых светских мыслителей, подвергших критике Петра I за ликвидацию патриаршества. С его точки зрения, это было как минимум лишенной политического смысла акцией, поскольку «наше духовенство никогда не противоборствовало мирской власти, ни княжеской, ни царской; служило ей полезным орудием в делах государственных и совестию в ее случайных уклонениях от добродетели. Первосвятители имели у нас одно право - вещать истину государям, не действовать, не мятежничать; право благословенное не только для народа, но и для монарха, коего счастие состоит в справедливости».

Впрочем, совершенно очевидно, что Петровское правление Карамзин явно считал «уклонением от добродетели». Ликвидация Патриаршества привела к тому, что «упало духовенство в России». После этого иерархи церкви «были уже только угодниками царей и на кафедре языком библейским произносили им слова похвальные». Синодальная система была изначально порочной, поскольку полностью подчиняла Церковь государству: «Если государь председательствует там, где заседают главные сановники церкви; если он судит их или награждает мирскими почестями и выгодами, то церковь подчиняется мирской власти и теряет свой характер священный, усердие к ней слабеет, а с ним и вера, а с ослаблением веры государь лишается способа владеть сердцами народа в случаях чрезвычайных, где нужно все забыть, все оставить для отечества, и где пастырь душ может обещать в награду один венец мученический». С точки зрения Карамзина, «власть духовная должна иметь особенный круг действия вне гражданской власти, но действовать в тесном союзе с нею. <...> Умный монарх в делах государственной пользы всегда найдет способ согласить волю митрополита или патриарха с волею верховною; но лучше, если сие согласие имеет вид свободы и внутреннего убеждения, а не всеподданнической покорности. Явная, совершенная зависимость духовной власти от гражданской предполагает мнение, что первая бесполезна или, по крайней мере, не есть необходимая для государственной твердости».

Органический ход русской истории был искажен в правление Петра I. Отношение Карамзина к Петру I было в целом негативным. После Петра Россия пошла путем Запада, предписанным ей рукою Петра, более и более удаляясь от своих древних нравов и сообразуясь с европейскими. Ранний Карамзин в своих «Письмах русского путешественника» был безусловным поклонником Петра42. Он был для Карамзина «лучезарным богом», «великим мужем», поставившим страну на путь европейского просвещения. «Все жалкие Иеремиады (в адрес Петра I. - А. М.) об изменении Русского характера, о потере Русской нравственной физиогномии или не что иное, как шутка, или происходят от недостатка в основательном размышлении»43. Карамзин в начале считал, что целью Петра было «не только новое величие России, но совершенное присвоение обычаев европейских», создание флота, законодательства, развитие торговли, создание мануфактур, училищ, Академии и т. д. Словом, Петр «поставил Россию на знаменитую степень в политической системе Европы», имея дарование «употреблять людей по способностям». Однако в XIX в., по мере формирования своих национальных убеждений, Карамзин перешел к критике петровских преобразований. Наиболее глубокой критике деятельность Петра I была подвергнута Карамзиным именно в «Записке о древней и новой России». Карамзин заговорил о том, что стремление этого императора преобразовать Россию в подобие Европы подрывало «дух народный», то есть самые основы самодержавия, «нравственное могущество государства». Страсть Петра I «к новым <...> обычаям переступила в нем границы благоразумия». Главной причиной петровского подражательства и космополитизма Карамзин считал отсутствие национального воспитания и влияние иностранного окружения. Плохо воспитанный государь попал под влияние женевца Лефорта, который находил русские обычаи странными и «говорил ему о них с презрением, а все европейское возвышал до небес». Вольные нравы Немецкой слободы довершили Лефортово дело, и «пылкий монарх с разгоряченным воображением, увидев Европу, захотел сделать Россию Голландиею».

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.