Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Очерки истории местничества в России XVI-XVII вв - Страница 5

Напротив, экскурс в данную проблематику такого крупного специалиста по восточноевропейскому и русскому средневековью, как В. Т. Пашуто, выглядел случайным и малоудачным. Пытаясь «удревнить» институт местничества, возводя его возникновение к домонгольским временам, автор, возможно неосознанно следуя за М. Н. Покровским, характеризовал его как «одно из проявлений иммунитета, защиты феодалом служебных прав и доходов от собратьев по классу»29. Вероятно, автору казалось, что благодаря «грековской» схеме русского феодализма его опыт по породнению местничества с международной терминологией будет удачнее, нежели у его предшественника Н. П. Павлова-Сильванского. Приводя примеры из эпохи феодальной раздробленности и оперируя такими понятиями, как «вассал», «сюзерен» и т. д., автор не смог при этом указать ни на одно не «междукняжеское» столкновение, ни на один конфликт между боярами или дружинниками внутри этих социальных групп, аналогичный позднейшему местничеству, приводя в примеры только раздоры князей. Тем самым все построения были обесценены, поскольку так квалифицировать конфликты князей одного дома нельзя, подобно тому как не являются местничеством, скажем, столкновения внутри Дома Калиты, например Василия II Темного с Дмитрием Шемякой.

А. А. Зимин, изучив ранние источники по истории местничества, пришел к выводу о на первых порах исключительно служилом характере данного института, сформировавшегося на основе военно-служилых должностей у старомосковских бояр, происхождение которых не давало преимущества одному роду перед другим. Только в эпоху «боярского правления», когда служилые князья сравнялись с боярством и включились в систему этих отношений, к «служилому» принципу добавился «родословный», и институт вступил в период расцвета30. Взгляд на служилый характер местничества развивался в работах учеников А. А. Зимина - В. Ф. Тиханкиной, выявившей основной корпус местнической документации в царствование Ивана IV применительно к политической борьбе того времени31, и особенно в ряде статей и диссертации Ю. Н. Мельникова32. Обширную по объему и содержательную главу последней автор посвятил природе института местничества, выдвинув теорию «службы по отечеству», как основы российской государственной системы, при которой местничество - регулятор (выделено нами. - ТО. Э.) спорных вопросов, частных случаев, «сбоев» «системы отечества»33. Автор полностью отрицает «иммунитетный» характер института, но находит в нем определенные черты вассалитета, впрочем, являющегося отношениями «по вертикали», тогда как местничество - отношениями «по горизонтали»34. Менее четко определено понятие «отечество». В одних случаях это «наследственное право на определенное место в служебной иерархии», в других - наследственная часть поместного оклада в противовес «службе», другой части оклада и, наконец, «в широком плане» - служебное положение в иерархии, определенное земельным и денежным жалованьем. Ю. Н. Мельникову принадлежат интересные наблюдения, касающиеся возможной синхронности возникновения, оформления, функционирования и отмирания института местничества и земских соборов35; о служебно-финансовой основе этих отношений. На материале, полученном в результате сопоставления боярских списков, полковых росписей и других источников, ему удалось показать определенную взаимозависимость трех элементов системы: места в списке - оклада - местнического столкновения36. Если первая идея так и остается предположением, то вторая, как будет видно из нашего исследования, может найти подтверждение на более массовом материале XVII в.

Два исследователя занимались проблемой отмены местничества. Если для М. Я. Волкова, историка, специализировавшегося преимущественно на XVIII столетии, тема эта была эпизодической и рассматривал он данные события в русле подготовки петровских преобразований37, то П. В. Седов, ученый значительно более молодого поколения, воспринимает период 1670-1680-х гг. - царствование Федора Алексеевича - в качестве самоценной в отечественной истории эпохи, неосуществленной возможности более мягкой альтернативы жесткой петровской модернизации38. Исследуя политические события в момент ликвидации местничества, анализируя так называемую «боярскую попытку» - аристократический проект его отмены, П. В. Седов подробно анализирует ситуацию последней трети XVII в., когда институт быстро становится анахронизмом, перестает соответствовать процессам, развивавшимся в Боярской думе, государевом дворе и в целом в правительственном аппарате39. Автору удалось также обнаружить ряд неизвестных законодательных актов, подготавливавших «Соборное деяние», раскрыть работу правительства молодого царя по практической отмене местничества, социальная деградация которого к тому времени дошла до конфликтов подьячих40. Отметим здесь же источниковедческие и историко-юридические работы по местничеству К. В. Петрова, который предпринял огромную работу по изданию всех сохранившихся описей документов Разрядного приказа за XVII в.41, включая сведения о несохранившихся местнических делах, а также гипотетическую реконструкцию документального комплекса, который был публично сожжен 12 января 1682 г.42

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru