Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Под знаменем Врангеля: Заметки бывшего военного прокурора - Страница 2

Осенью 1919 г., когда наступление ВСЮР па московском направлении стало захлебываться, а тыл вспыхнул крестьянскими восстаниями, генерал П. Н. Врангель, командующий Кавказской армией ВСЮР, стал выдвигаться монархическим генералитетом и сановной бюрократией на пост главкома. По мнению правых, катастрофическое положение явилось результатом пренебрежения Деникиным «принципами военного искусства» и ого неумения «устроить тыл». В декабре 1919 г.— феврале 1920 г. Врангель, не брезгуя никакими средствами, склонял командиров добровольческих и казачьих частей к «замене» Деникина, допустившего, по его словам, «колоссальные ошибки, особенно по гражданской части». Результатом этого «похода на власть» стало увольнение из армии и высылка в Константинополь.

После кошмара новороссийской эвакуации, когда дезорганизованные войска дрались за малочисленные суда, когда большая часть Донской армии была брошена на произвол судьбы, правая оппозиция открыто потребовала смены главкома. Епископ Севастопольский Вениамин, глашатай черносотенцев, проповедывал: Деникина погубил «либеральный» курс, русский народ, «который ждет хозяина», отверг его, а Врангель — «тот божиею милостию диктатор, из рук которого получит власть и царство помазанник». Дорога к вожделенному посту главкома В СЮР открылась...

«Стратегия была принесена в жертву политике, а политика никуда не годилась». Таков был главный вывод, сделанный новым главкомом из опыта краха «деникии». По мнению Врангеля и его политических советников, шанс на победу могла дать только политика «уступок низам», которая позволила бы вовлечь народные массы, прежде всего среднее крестьянство, в орбиту монархической контрреволюции. Новый политический курс, получивший название «левой политики правыми руками», предусматривал передачу «крепким» крестьянам части помещичьих земель за выкуп, улучшение материального положения рабочих и г. д.

С не меньшей остротой, чем аграрный или рабочий, встал перед новым главкомом вопрос казачий.

Вообще, отношения между монархической контрреволюцией и казачьими областями в немалой степени определяли победы и поражения белого движения на юге. И отношения эти никогда не были безоблачными, а порой становились предгрозовыми. Казачество, прежде всего донское и кубанское, было естественным союзником офицерской Добровольческой армии в борьбе против «захватчиков власти» — большевиков. Зажиточность, сословные привилегии, острое чувство собственности на политую кровыо и потом землю и выращенный па ней хлеб стихийно порождали неприятие «камуны», протест против продразверстки и репрессий. Однако антидемократизм и монархизм белых генералов, их стремление на казачьем загривке въехать в Белокаменную, а затем лишить Дон и Кубань автономии и вновь подчинить их столичному диктату вызывали противодействие большинства казачьих политиков и военачальников и умеряли боевой пыл казаков-воинов. Сколь яростно казаки, включая женщин и детей, защищали свои станицы и хутора от Красной Армии, столь же безразлично относились они к «освобождению от ига большевиков» центральных губерний России, разве только речь шла о том, чтобы стремительным налетом в тыл врага поживиться грабежом и поправить оскудевшие за годы войны хозяйства. Деникин, у которого Донская армия находилась лишь в оперативном подчинении, так и не смог двинуть ое дальше Воронежа, Кавказскую армию (из кубанцев) — дальше Царицына. Врангель, в бытность в 1919 г. командующим Кавказской армией, па своей шкуре

Ощутил, что значит иметь в тыловом районе «автономную» казачью область: отсутствие регулярных пополнений и снабжения, пропаганда «самостийников» против «единой и неделимой России», уклонение казаков от боя и дезертирство.

Возглавив ВСЮР, Врангель прежде всего позаботился о том, чтобы накинуть крепкую узду на казачьих атаманов, казачьи представительные учреждения и правительства, командный и рядовой состав донских и кубанских частей. Задача облегчалась тем, что у атаманов и правительств, оказавшихся в Крыму «без пародов и территорий», поубавилось спеси, а войска оставили в Новороссийске лошадей и — боевой дух. Казачьи политики и командиры в большинстве, своем покорно склонили головы перед потомком шведских баронов, известным своими - антиказачьими настроениями.

2 (15) апреля в Севастополе было подписано соглашение между главкомом ВСЮР и атаманами Донского, Кубанского, Терского и Астраханского казачьих войск, в соответствии с которым Врангелю передавалась «вся полнота гражданской и военной власти» над казачьими вооруженными силами; при сношении с правительствами иностранных держав никакие «сепаратные выступления» атаманов по могли иметь места; за казачьими областями сохранялась «полная автономия и независимость» в отношении внутреннего гражданского устройства.

5 (18) апреля был снят с должности командир Донского корпуса генерал В. И. Сидорин, наиболее оппозиционно настроенный по отношению к новому главкому.

22 июля (4 августа), готовясь к перенесению военных действйи'*в казачьи области, Врангель. заключил новое соглашение с атаманам^ и правительствами казачьих областей. Начинаясь с торжественного провозглашения «полной независимости в их внутреннем устройстве и управлении» казачьих областей Дона, Кубани, Терека и Астрахани, соглашение передавало главкому ВСЮР полную власть над казачьими войсками как в оперативном плане, так и по вопросам организации, управление железными дорогами и линиями связи, денежной и налоговой системой в казачьих областях, осуществление сношений с иностранными государствами. По указанию главкома, казачьи области обязаны были проводить мобилизации и снабжать ВСЮР всем необходимым.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru