Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Шведские колонисты Украины в тоталитарных экспериментах XX века - Страница 8

Лаура Энгельштейн отмечает, что пример советского государства является «показательным тестом дискурсивной концепции Фуко, демонстрируя как власть, используя силу принуждения и производство нового знания, добивается реализации обоснованных и узаконенных ей самой норм»40. В настоящей работе в рамках теоретических подходов Фуко и Мелуччи анализируется технология сталинского государства по принудительной нормализации шведских колонистов Украины в целях переориентации их коллективной идентичности. В центре исследования - как изучение методов принудительной нормализации, так и исследование стратегии коллективного сопротивления шведских крестьян.

Практические вопросы и структура работы

Рассматриваемый в книге отрезок времени охватывает период политического могущества Иосифа Сталина, начиная с его назначения на пост генерального секретаря партии в 1922 г. до кончины в 1953 г. Четыре основные главы книги соответствуют четырем проектам советской власти по принудительной нормализации шведских колонистов. Первая глава посвящена эксперименту по коренизации новороссийских шведов, вторая - международному коммунистическому проекту в Красно-шведской коммуне, третья - Большому террору и ликвидации национальных институтов шведского села, четвертая - депортации жителей села в Коми-Гулаг. Особый интерес представляет изучение стратегии сопротивления шведских колонистов, а также технология внедрения нового стандарта коллективной идентичности.

Обсуждение предыдущей историографии сведено в книге до минимума, и вышедшие ранее работы по истории Старошведской колонии указаны в ссылках на источники. Содержание каждой главы сопровождается иллюстрациями, многие из которых публикуются впервые. Кроме основного текста имеются два приложения. Первое посвящено старошведам - жертвам Большого террора. Большинство этих имен отсутствует в электронных базах данных, в частности, в крупнейшей базе «Жертвы политического террора в СССР», созданной правозащитной организацией Мемориал. Второе приложение представляет собой список сотрудников НКВД и прокуратуры, ответственных за организацию Большого террора в селе Старошведское. Несмотря на то что список является неполным (из-за специфики следственной документации НКВД отсутствуют личные имена ряда сотрудников), автор считает принципиально важным публикацию данного приложения.

Жители Старошведской колонии упоминаются в источниках на русском, украинском, шведском и других языках как «старошведы», «шведские поселенцы», «шведы-колонисты» и т. п. Как правило, имена старошведов переданы в источниках на восточнославянских языках в искаженной (русифицированной или украинизированной) форме. Во избежание разночтений и искажений в книге принята транскрипция собственных имен шведских колонистов со шведского языка на русский язык в соответствии с современной практикой такой транскрипции. Источником шведского (родного для колонистов) варианта имен служат метрические книги Старошведского лютеранского прихода и оформленные в 1929 г. на всех жителей колонии заграничные паспорта с визой в Швецию. Географические названия населенных пунктов Швеции, Украины и других стран передаются согласно литературным нормам современного русского языка. Имена граждан Швеции и других зарубежных стран приводятся в тексте (или в примечании) в транскрипции на русском языке и в оригинале.

Использованные в монографии сокращения основаны на практике современного русского языка. Исключение сделано для сокращенного обозначения органов власти и учреждений современной Украины и органов местной власти УССР, не имеющих официального эквивалента в русском языке и существующих только на украинском языке.

Согласно всесоюзной переписи 1926 г., практически все взрослое население села Старошведское было грамотным и владело шведским и русским языками. В переписке со Швецией колонисты использовали, как правило, шведский язык. В переписке с советской властью - русский (иногда с незначительными вкраплениями украинских фраз). Перевод всех использованных в этой работе цитат и документов со шведского, украинского, английского и других языков на русский язык сделан мной, и ответственность за точность перевода несет исключительно автор этих строк.

ГЛАВА 1. СТАРОШВЕДСКОЕ ПРЕВРАЩАЕТСЯ В СТАРОШВЕДСЬКЕ: ИЗ ИНОСТРАННЫХ КОЛОНИСТОВ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В НАЦИОНАЛЬНОЕ МЕНЬШИНСТВО СОВЕТСКОЙ УКРАИНЫ

Мы не шли походом на Украину с завоевательной целью, мы шли освободить ее. Мы полегли костьми, не добившись цели, но наша кровь недаром пролилась, наши идеи о великой свободной Украине не были убиты грохотом пушек и пулями Петра, они были восприняты украинским народом...

Украина, раздавленная под сапогом Петра и его приемников, не могла отблагодарить нас за пролитую кровь и добрую волю, она могла только предоставить нам место вечного упокоения.

Из коллективного заявления жителей Старошведского сельсовета правительству УССР. 17 октября 1928 г.

1.1. Новый исторический канон и видение будущего

Взгляд советской власти на прошлое и будущее шведского меньшинства отражен в ряде официальных документов, предназначенных в первую очередь непосредственным исполнителям программы национального строительства - сотрудникам госаппарата и партийных органов. Советская концепция национальной политики 1920-х гг. формировалась на основе новой интерпретации истории. Ключевую роль играло противопоставление Российской империи и СССР. «Тюрьма народов» - этой известной характеристикой Ленин определял положение этнических меньшинств в империи Николая II41. Автономия Великого княжества Финляндского и царства Польского, привилегированное положение иностранных поселенцев, свобода национальных объединений после манифеста октября 1905 г. не принимались партией большевиков во внимание.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru