Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Сталинский террор в Сибири - Страница 2 История России

Захватив юсу дарственную власть в октябре 1917 года, Ленин и его партия установили суровую диктатуру. Диктатура была объявлена «высшей формой демократии». С помощью диктатуры вожди большевизма надеялись осуществить историческую задачу— создать коммунистическое, т. е. бесклассовое общество на принципах самоуправления. Поскольку переход к социализму представлялся процессом неопределенно долгого времени, диктатура, как власть, стоящая над обществом и законом, должна была играть роль главного инструмента в руках партийной верхушки. «Научное понятие диктатуры,— учил Ленин,— означает не что иное, как ничем не ограниченную, никакими законами, никакими абсолютно правилами нестесненную, непосредственно на насилие опирающуюся власть. Не что иное, как это, означает понятие: «диктатура», — запомните хорошенько...»2.

Чтобы советская диктатура сохраняла силу и максимальную эффективность в проведении преобразований, Ленин считал необходимым сосредоточить ее полномочия в руках «отдельных лиц». Это тоже считалось проявлением демократии. Как писал Ленин: «...решительно никакого принципиального противоречия между советским (т. е. социалистическим) демократизмом и применением диктаторской власти отдельных лиц нет»3.

В ходе отчаянной борьбы за существование, которую партия выдержала в период гражданской войны и иностранной интервенции, насилие и террор стали частью государственной политики.

Сталину нс потребовалось изобретать ничего нового. Он просто унаследовал то, что было создано до него другими. Еще до его восхождения на вершину власти была организована советская тайная полиция и широко внедрены в практику способы несудебной расправы с инакомыслием, создана сеть секретною осведомления и отработаны многочисленные методы устранения политических противников. На всех уровнях управления и даже в самой партии поощрялось доносительство.

В мае 1922 года, в известном письме к Д. И. Курскому, Ленин потребовал узаконить террор. Он писал: «В дополнение к нашей беседе посылаю Вам набросок дополнительного параграфа Уголовного кодекса... открыто выставить принципиальное и политически правдивое (а не только юридически-узкое) положение, мотивирующее суть и оправдание террора, его необходимость, его пределы.

Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас»4.

У большевиков вообще и у сталинцев в частности отношение к насилию и массовому террору как его разновидности определялось прежде всего прагматическими задачами. Вопрос о количестве возможных жертв был вопросом нс морали («морально все, что служит делу революции», — утверждает кодекс большевика), а всего лишь проблемой цены, которую необходимо заплатить за конкретную цель. Чем выше поставленная цель, тем больше жертв она может потребовать от исполнителей. Ясно, что с этой точки зрения сталинская диктатура и ее методы мало чем отличались от всякой другой.

Не следует, однако, думать, что зло заключалось только в созданной большевиками системе. В конечном счете в любой политике все зависит от конкретных людей и их личной ответственности за те или иные поступки.

Сталин был мало похож на своего учителя. Представляя собой тип безжалостного и неумолимого тирана, он не знал никаких моральных ограничений. Подвластное население страны являлось для него всего лишь «человеческим материалом», своего рода дополнением к той сложной государственной машине, которой он овладел как единоличный хозяин. Постоянно ломая и псрссграивая эту машину, Сталин одновременно ломал и уничтожал целые группы населения. Слой за слоем он убирал со своего нуги, продвигаясь к цели создания всеохватывающего государства-общества, пока наконец нс добрался до партии. Партия оставалась последним препятствием в завершении строительства новой системы. В государстве того типа, к которому стремился Сталии, нс было места ни «коллективному руководству», ни авторитетам, сопоставимым с авторитетом верховного правителя. Вождь, партия и государство должны были слиться воедино как закономерный результат развития революции. И Сталин, как человек и политик особого склада, прибег к самому радикальному способу: он уничтожил подавляющее большинство старых партийных кадров, оставив рядом только раболепных выдвиженцев.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru