Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Сталину: Согласно Вашему указанию - Страница 8

С началом войны тысячи корейцев изъявили желание сражаться с фашизмом, однако на фронт попали немногие.

Переселение корейцев продолжалось, но теперь уже из других районов РСФСР. Зам. наркома внутренних дел Казах. ССР майор Харитонов сообщал начальнику отдела спецпоседений НКВД СССР Иванову, что 28 декабря 1941 г. в Акмолинскую область прибыли из Астрахани спецпереселенцы, среди которых «русские и корейцы, 1833 чел. Они расселены в двух районах — Шортадинском и Акмолинском»™. Затем к ним присоединилось незначительное число корейцев, прибывших из других регионов страны.

Первоначально на корейцев не распространялся статус спецпоселенцев8. Это отмечалось и в записке заместителя начальника отдела спецпоселений НКВД СССР П. И. Мальцева9, представленной руководству наркомате внутренних дел в январе 1945 г.: «Они (корейцы — Н. Б.) были переселены не в порядке репрессий, а в порядке предупредительных мер по очищению приграничных с Японией районов»27. Мальцев также сообщал: «Все корейцы, проживающие на территории Казахской, Киргизской и Узбекской ССР, в хозяйственном отношении вполне устроились, имеют свои колхозы, обзавелись домами, скотом, сельскохозяйственным инвентарем, одним словом, обжились в новых местах поселений».

В то же время среди депортированных оказались люди, пытавшиеся самовольно возвратиться в прежние места проживания. Судя по предписанию, направляемому в ведомства Азербайджана и др. республик, беглецы «подлежали удалению к местам выселения без привлечения их к уголовной ответственности» , Начиная с 1938 г. в центр поступали донесения о сложной политической обстановке в районах проживания корейского населения, о различных эксцессах и агрессивности корейцев. НКВД СССР решил пересмотреть вопрос о статусе корейцев.

11 января 1945 г. начальник отдела спецпоселений НКВД СССР М. Кузнецов обратился к начальнику такого же отдела НКВД Казах. ССР Н. К. Богданову с просьбой «высказать мнение о целесообразности взять на учет «спецпоселенцев» корейцев, переселенных в 1937 г. с Дальнего Востока»30.

НКВД Казахской ССР сообщил, что в 14 областях республики проживали 95 256 корейцев. НКВД Узбекской ССР подробно информировал центр:

«По архивным данным установлено, что советские корейцы численностью 74 500 чел. (16397 семей) переселились в Узбекистан в 1937—1938 гг. Из них проживают в Ташкентской обл. — 7861 семья (37321 чел.), Самаркандской обл. — 1940 семей (9147 чел.), Андижанской обл. — соответственно 829 (3541), Ферганской обл. — 823 (2814 чел.), Наманганской обл. — 314 (1526), Бухарской — 243 (972), Сурхан-Дарьинской — 8 (29 чел.), Хорезмской обл. — 1197 (5799), в Каракалпакской АО — 2993 семей (12 831 чел.)». Указывалось также, что «99 семей корейцев (530 чел.) передавались в распоряжение различных наркоматов». Всего к началу 1945 г. в Узбекистане оказалось 76552 корейца31.

В результате продолжительного рассмотрения вопроса был издан приказ наркома внутренних дел СССР от 2 июля 1945 г., по которому депортированные корейцы были переведены в категорию «спецпоселенцев». На них распространялись все меры по усилению режима в местах проживания3*.

Сразу же началось переселение корейцев, где бы они ни проживали на территории Российской Федерации, в Казахстан и Среднюю Азию. В первую очередь это коснулось корейцев, занятых на промышленных предприятиях в Тульской, Московской областях и пребывавших в трудовом лагере Ухты. В середине сентября — октябре 1945 г, были переселены в принудительном порядке 25 корейцев из Москвы33.

В Тульском угольном бассейне первоначально насчитывалось 770 корейцев, работавших на Щекинском разрезе — 157 чел., в объединениях «Скуратовуголь» — 406 чел., «Епифануголь» — 15 чел., «Стройконтора» — 116 чел. К апрелю 1945 г. их стало здесь 844 чел,, а к моменту переселения 1027 человек34.

Начальнику отдела спецпоселений управления НКВД по Тульской области предписывалось: «Тех корейцев, которые имеют в настоящее время семью, надлежит отправить по месту первоначального поселения (в Казахстан или Узбекистан) вместе с семьями3'10.

Предпринимались меры и в отношении переселения корейцев, а также представителей других народов, подлежащих депортации, из лагерей. Нарком внутренних дел Коми АССР Л. Буянов в сентябре 1944 г. сообщал Берия о том, что »в республике имеются мобилизованных корейцев, немцев и болгар в лагерях — 13 810 чел., а в 6 исправительно-трудовых лагерях корейцев и болгар насчитывается 1564 чел.»311. Все они переселялись в места нового проживания. В 1945 г. в срочном порядке были переселены 1500 корейцев, занятых на работах в трудовом лагере Ухты.' Всего же в трудовых колониях было задействовано около 8000 корейцев.

Таким образом, к концу 1945 г. все корейское население страны было сконцентрировано в Казахстане и республиках Средней Азии.

Однако, составляя отчет (справку) о переселении корейцев, начальник 4-го спецотдела МВД СССР полковник В. В. Шиян* в сентябре 1949 г. отметил, что «на учете спецпоселенцев корейцы не состояли, а лишь в паспорте им были внесены ограничения сроком на 5 лет о проживании их только по месту выделения». В своем заключении он исходил из того, что директивой МВД СССР № 196 от 2 августа 1946 г., т. е. почти через 10 лет после начала депортации, было предложено «всем административно высланным, имеющим в паспорте ограничение на 5-летний срок, которым оно кончалось, в том числе и корейцам, выселенным из Дальневосточного края, — выдать новые паспорта без ограничения проживания их по месту жительства на общих основаниях».

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru