Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Древние и средневековые государства на территории Казахстана - Страница 9

8. Могильник Бегазы. Ограда 1. Фото 1949 г.

Ражают реально существовавшую картину развития направления хозяйства. Китайские авторы дают общую характеристику усуньского хозяйства и быта предельно лаконично: перекочевывают с места на место в поисках корма и воды для скота. Эта формула традиционна и общая для большинства кочевых и скотоводческих иноземных по отношению к ханьскому Китаю племен, так называемых западных и северных «варваров». В приложении к усуньскому Семиречью она верна по существу, но не точна при конкретизации истории развития хозяйства сравнительно с другими районами Казахстана.

Известно, что в древности, при низком уровне развития производительных сил, фактор среды играл определяющую роль в зарождении той или иной формы хозяйства. Значение среды контрастно проявилось в период появления производящего хозяйства [полиметаллические эпохи), но особенно в эпоху освоения железа, которая на территории древнего Казахстана почти совпала с переходом к новой форме хозяйства - к кочевому скотоводству С этого времени [1Х-УШ вв. до н. э.) разные по природным условиям [преимущественно по рельефу и источникам воды) районы Казахстана развиваются специфичными путями. Соответственно в разной естественной среде возникают разные формы хозяйства, складываются своеобразные культуры и особые типы памятников [Археологическая карта Казахстана. 1960). Исторически определяются три зоны хозяйственного районирования: Центральный и Западный Казахстан, зона степи и полупустынь - районы экстенсивного кочевого скотоводства с круглогодичным содержанием скота на подножном корму, слабого разви-

9. Могильник Бегазы. Ограда 1. А. Х. Маргулан рассматривает систему кладки стены.

Фото 1949 г.

Тия земледелия и оседлости (Маргулан А. Х. 1950). Южный Казахстан, зона лессовых равнин в долинах рек Сыр-Дарьи, Талас, Келес и Арысь - район раннего зарождения оседлости и поливного земледелия, городской культуры и ирригационного строительства (Бернштам А. Н. 1951; Агеева Е. И., Пацевич Г. И. 1958; Акишев К. А., Байпаков К. М., Ерзакович Л. Б. 1972). И, наконец, Семиречье и Восточный Казахстан, зоны горных систем Тянь-Шаня и Алтая - район комплексного хозяйства, сочетание полукочевого (яйлажного) скотоводства и богарного земледелия. Специфичность памятников, отражающих полукочевой-полуоседлый быт: зимовки-поселения, бесцитадельные города, города-убежища и города-ставки (Бернштам А. Н. 1948; Байпаков К. М. 1966).

Рассмотрим принципиальное различие между скотоводческими хозяйствами, существовавшими в рассматриваемое время в Центральном Казахстане и Семиречье. При этом правомерно привлечение этнографических параллелей, так как система ведения хозяйства казахов ХУШ-Х1Х вв. ничем существенным не отличалась от практики хозяйственной деятельности древних скотоводческих племен. Пастбищно-кочевая система или посезонное распределение пастбищ и водных источников, уже сложившаяся в момент перехода скотоводов к кочеванию в 1Х-УШ вв, до н. э, (без него вообще было бы невозможно кочевое скотоводство), практически оставалась неизменной в продолжение трех тысячелетий, вплоть до казахов недавнего прошлого. Вывод этот - не просто предположение, а основывается на исторической топографии памятников: поселений, зимовок и погребальных сооружений. Размещение их в продолжение всего этого огромного периода в одних и тех же местах свидетельствует, что еще на заре перехода к кочевничеству были уже определены наиболее благоприятные для скотоводства районы кочевания и они не менялись веками. При этом обязательным условием пригодности их для хозяйственного использования являлось наличие пастбищ, пригодных для посезонного чередования.

По топографии памятников наиболее точно устанавливаются места зимовок - места продолжительного оседлого стояния кочевника. Эти места жительства оставались постоянными сотни и тысячи лет, из поколения в поколение. Рядом с ними находились семейно-родовые могильники и кладбища, которые увеличивались вместе с бегом времени. Таким образом, возникали ныне известные археологам огромные некрополи, состоящие из разнотипных и разновременных памятников, и многослойные зимовки-поселения. Можно привести многочисленные примеры таких памятников. Однако достаточно привести лишь некоторые из них. В Центральном Казахстане это известный некрополь Бегазы, где сосредоточены ограды атасуского этапа андроновской культуры (XV - XI вв. до н. э.) и плиточные ограды данды-бай-бегазинского времени (IX - VIII вв. до н. э.), каменные и земляные курганы эпохи раннего железа (УП-1У вв. до н. э.), казахские каменные намогильные сооружения ХУИ-ХУШ вв. и мазары XIX - начала XX вв. (рис. 7, 8, 9) (Маргулан А. Х. 1948: 13-19; Он же. 1979).

В Южном Казахстане Бурджарский (Борижарский) могильник, состоящий из тысячи земляных курганов, служил местом захоронения, начиная с VI по XII вв. н. э. (Агеева Е. И., Пацевич Г. И. 1955: 53-56). Особенно большое количество таких некрополей расположено в районах зимовок в Семиречье. Среди них такие, как Жуантобинский могильник (долина р. Или), содержащие захоронения сакского, усуньского и тюркского времени (VII в. до н. э. - VIII в н. э.) (Археологическая карта Казахстана. 1960: 325; Максимова А. Г. 1960: 60-64; Она же. 1959: 79-85), грандиозные курганные поля могильников Карабулака и Кетменьтобе (Баруздин Ю. Д. 1957; Кожомбердиев И. 1963) и другие.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.