Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Рыцарство Страница - 10

Жоффруа, в своем движении к этим обеим целям, неразрывно между собою связанным, рыцарство превращается в некое христианское учение (или дисциплину), направленное на достижение человеком наивысшей своей цели - Спасения.

Особенно любит Жоффруа де Шарни проводить параллели между рыцарским орденом и орденом религиозным. Ни один религиозный орден не налагает таких суровых ограничений, как рыцарство, а постоянное соблюдение основных религиозных правил столь же обязательно для рыцаря, как и для любого служителя церкви, ибо нет иного такого сословия, в котором душа и тело столь же последовательно готовились бы к своему смертному часу. Рыцарство - это путь к Спасению; тот, кто берет в руки оружие ради великой и справедливой цели, сражаясь во имя Господне, или против неверных, или защищая слабых, или же спасая собственную честь и наследие, спасает прежде всего свою душу.42 Здесь Жоффруа предвосхищает страстные слова французского капитана Жана де Бюэйя7*, сказанные им через много лет во время войн с англичанами: «Мы, бедные солдаты, с оружием в руках спасем свои души точно так же, как спасли бы их, даже будучи отшельниками и питаясь лишь съедобными кореньями».43 Последние слова в биографической книге о нем (и приписываемые ему) звучат одновременно как молитва и как боевой клич: «Молитесь же за того, кто написал эту книгу: О, Шарни! Шарни!»

Описание обряда посвящения в рыцари и его символики взято Жоффруа де Шарни прямо из «Огііепе ііе сИеуаІегіе».44 Множество моментов, например его рассказ о происхождении государства и рыцарства, а также - он это особенно подчеркивает - о правильности выбора, который делают правители, назначая высшими должностными лицами рыцарей, свидетельствуют о том, что он очень близок по своим воззрениям к Рамону Луллию, которого почти наверняка читал. Общий же портрет рыцарства у него в основе своей схож с портретами, данными в тех двух, более ранних, работах, о которых мы уже говорили, хотя тональность его книги во многом, безусловно, с ними не совпадает. Видимо, можно выделить три основных аспекта, которые

Выгодно отличают книгу Жоффруа де Шарни от произведений его Предшественников. Один из них - включение не только рыцарства в строгом смысле слова, но и всего воинского сословия в рамки некоего Класса рыцарей, что предполагает вполне определенный образ жизни как для юноши-оруженосца, стремящегося стать рыцарем, так и для его «бедных сотоварищей», простых солдат, наравне с самими рыцарями. Подобные настроения совпадают с теми событиями в общественной жизни, которые имели место в XIV веке - в это время было уже гораздо меньше желающих пройти настоящий обряд посвящения в рыцари - и дают некий дополнительный штрих к профессиональной характеристике рыцарства. Второй аспект - это отношение рыцаря к даме в контексте всей рыцарской жизни и любви как человеческой Страсти, которая, будучи разумно управляемой, способна лишь обострить и сделать более чистыми и без того благородные устремления воина. «ЕгаиешИе^!:» (букв.: «служение Даме») куртуазной литературы представляется здесь лишенным своих обычных преувеличений и выступает в такой форме, о которой большинству из нас кое-что известно по собственному опыту и которая является неотъемлемой частью жизни человека и его устремлений. Третий аспект - динамизм, который рыцарский кодекс чести и градация доблестных деяний как бы вменяют рыцарю в обязанность. Понятие рыцарства включает в себя постоянное улучшение достигнутых результатов и нежелание почивать на лаврах.

И это аспект не только моральный; шкала ценностей, с помощью которой Жоффруа оценивает уровень рыцарской доблести, накрепко привязана к реальной жизни. Его действительно интересует внутренний мир представителей рыцарства, как мы уже имели возможность убедиться, но показатели «успешности» рыцаря, которые он предлагает, носят чисто внешний характер, как и та репутация, которая вокруг этих успехов складывается. В этом отношении книга Жоффруа де Шарни дает как бы некий «айдентикит» рыцаря, то есть перечень его неотъемлемых черт, который поможет нам выявить тех, кто уже достиг определенного величия в своей «рыцарственности» в силу разнообраз--

Ных благих свершений и их размаха, и тогда нам не придется исследовать чьи-то субъективные реакции, которые проверить невозможно. Итак, это, по всей видимости, будет человек, не раз участвовавший в поединках, турнирах и войнах, в том числе и в других странах, а не только на родине; верно служивший своему сеньору с оружием в руках и не раз бороздивший моря в поисках приключений и славы. Особый акцент на lointains voyages (дальние странствия) - это еще одна аналогия в описании мира реального по образу и подобию мира куртуазных романов, где рыцари без устали скачут верхом буквально «по самому краю цивилизации», то и дело в поисках приключений попадая в бескрайние густые леса - что, впрочем, практически лишено каких бы то ни было художественно-литературных преувеличений. Итак, в общем, все, написанное Жоффруа, может весьма помочь нам в поисках того, что следует понимать под словом «рыцарство», и мы, возможно, сумеем яснее представить себе, какой вид человеческой деятельности нам придется исследовать и какого рода состязания наблюдать, чтобы должным образом оценить значение рыцарства как весьма важной общественной силы. Ну что ж, как и следовало ожидать, наш знаменосец, хранитель богоданного штандарта Орифламмы, оказался надежным проводником и ни в чем не разочаровал нас.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru