Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Международные связи российской политической эмиграции Страница - 6

К теме Петра Первого и преобразованиям в России обращается и Н. Огарев. Примерно в то же самое время, в конце 1856 или первой половине 1857 г. он пишет статью «Что бы сделал Петр Великий», которая, однако, тогда опубликована не была, а вышла в свет многими годами позднее. Написана она в очень интересной форме. Сначала речь идет о преобразованиях Петра, а затем Огарев как бы предполагает, что сделал бы Петр, если бы очутился в России второй половины 50-х гг. XIX в. Среди предполагаемых мер Петра Огарев выделяет несколько, в частности, гласность и завершает статью: «Да! В наше время Петр Великий с неутомимой деятельностью и гениальной быстротою — уничтожил бы крепостное право, преобразовал бы чиновничество и возвысил бы значение науки. Тогда бы Россия отдохнула и ожила бы к новой, великой умственной и промышленной деятельности, а правительство блистательно стало бы в уровень с современной задачей русского развития».

Нет никакого сомнения, что тогдашнюю перестройку в России и Герцен, и Огарев искренне поддерживали, но хотели они, конечно, другой перестройки. Они предполагали и другие пути перестройки, и другие методы, и другие, собственно, цели. Тем не менее, преобразования в России в то время главная их забота и их участие в этом преобразовательном процессе было весьма значительным и результативным. Во всяком случае, навряд ли можно было, находясь в Лондоне, сделать намного больше или даже несколько больше. Заинтересованность проблемами внутренней жизни России была такова, что несколько ослабевает участие Герцена в зарубежных печатных органах, да и контакты с зарубежными деятелями хотя и сохраняются, но не достигают такой интенсивности, как до 1856 г.

К событиям в России приковывается внимание всех эмигрантов, число которых до окончания войны начинает увеличиваться, хотя и не так стремительно, как общий поток приезжих русских28. Ряд старых эмигрантов с Герценом не только не поддерживают отношений, но переносят свое к нему недоброжелательство и на Огарева. В мае 1856 г. Герцен узнает о приезде в Лондон И. Г.Го-ловина и предполагает, что от него следует ожидать «несказанные мерзости»29. Действительно, вскоре появилась статья Головина на английском языке, которая содержала оскорбительные выпады против Герцена и Огарева, хотя их имена прямо и не назывались30. Не отставал от Головина и В. А.Энгельсон, который сообщил Ф. Орсини, что Герцен и Саффи якобы распространяют слух о том, что Ф. Орсини не кто иной как австрийский шпион и получает за это хорошее жалованье31. Герцен был вынужден написать Орсини, что ни он, ни Саффи ничего подобного никогда не говорили, а затем состоялась их беседа в присутствии А. Саффи и Н. Огарева, на которой была окончательно вскрыта клевета Эн-гельсона32.

О печальной судьбе Энгельсона хорошо известно, что же касается И. Головина, то как раз в 1856 г. он подает просьбу о помиловании. Похоже, что он пытается получить в России какое-то местечко, но, не реализовав этот план, остается за границей и продолжает сотрудничество с рядом западно-европейских деятелей, и особенно с польской эмиграцией. Он довольно активно выступает как публицист, поэтому полностью сбрасывать его со счетов, конечно, нельзя. Он все-таки оставался политическим эмигрантом, и его зарубежные связи представляют определенный интерес. В конце 50 — начале 60-х гг. он выпускает ряд статей о России в газете Армана Леви «Л’эсперанс» (4Надежда»), где сотрудничал также и Владислав Мицкевич. К началу 60-х гг. относится выход нескольких брошюр И. Головина по польскому вопросу, выпущенных на французском языке. Одна из них, опубликованная в Лейпциге в 1860 г. носила название «Польша и Россия*, другие вышли в период польского восстания 1863 г. Вообще, в эти годы больше известны польские связи Головина. Вместе со своими знакомыми поляками он подписывает петицию на имя президента США с требованием оказания помощи полякам. Он также, опять-таки вместе со своими польскими сотрудниками, подписывал листовки, где содержался призыв к полякам бороться против царизма. В Берлине в 1859 г. он вступил в конфликт с послом России бароном Будбергом, за что был выслан из Пруссии33.

После Крымской войны продолжается отход от Герцена, и вообще революционного лагеря Н. Сазонова. Примечательно, что и с Огаревым у Сазонова не налаживаются связи. В письме к Герцену в августе 1855 г. Сазонов еще называет себя социалистом34, но чем дальше, тем больше заметна в нем эволюция в сторону либерализма. В статье, которую он опубликовал в 1860 г. в «Газет дю Норд* («Северная газета*) он подчеркивает: «Мы уже не можем быть ни консерваторами, ни революционерами, как в XVIII веке; мы сторонники прогресса*35. В этой газете, которая издавалась Г. И.Рюминым в Париже, то есть была русской газетой-еженедельником, Сазонов играл, как считают специалисты, руководящую роль. Во всяком случае здесь им было опубликовано множество материалов по разным вопросам, прежде всего о положении в России, и предназначенных для французского читателя. Он публикует цикл статей в ряде номеров этой газеты под названием «Об освобождении рабов в России*, которые вышли в декабре 1859 — марте 1860 гг., также публикуется в 1860 г. его статья «Россия древняя и Россия современная*. Там же выходит и статья о И. С.Тургеневе36. Сазонов остался сторонником общины и видел в ней путь спасения от пролетаризации. Он считал, что община научит русский народ самоуправлению и подведет к идее ассоциации, которой, как он писал, «принадлежит будущее всего мира*3. Сазонов, таким образом, оставался сторонником некапиталистического развития России, хотя видел дифференциацию российской деревни и писал об этом в своих статьях^. Отходит Сазонов и от их идеи русского мессианства, хотя здесь имелось явное противоречие с его надеждой на общину.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.