Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Александр Судоплатов - Страница 9

РоссияК^в мемуарах

Боевые с палашами, со шпорами у них только. «Кгвагдия», «т’гадиции» и «тонно»! Ох, будет вам когда-то «т’гадиции»**.

17  февраля. Железное. Сегодня пришли на ст. Железное. Дождь идет все время. Мокрые до нитки. Настроение унылое. Говорят, красные нас хотят отрезать от Дона и будто бы мы пойдем в Крым. Остановили на улице селения и сказали, что сейчас будем грузиться в вагоны. Часа через два погрузились. В вагонах мокро, на полу уголь. Холодно. Крыша дырявая, и через нее бежит вода и увеличивает грязь на полу — печи нет. Перешли в другой вагон, намного лучше. Крыша цела и сухой. Воруем на соседних платформах доски и делаем нары.

18  декабря. Ясиноватая. Стоим на ст. Ясиноватая. Теперь мы идем эшелоном. Выпал снег, подмерзло. В вагоне у нас все оборудовано. Из краденых досок нары. Я лежу на нарах. Со мной компания моя. Я внизу, и в другом конце под нарами на полу тоже лежат. На Ясиноватой украли со станции водосточную трубу, а из кирпичей устроили печку. Тепло в вагоне. Спим и жрем раздетые под шинелями. Слава богу, ноги заживают. На вещевой сумке пишу дневник, удобно. Мерцает огарок на нарах, так как двери и окна глухо затворены, несмотря на день. Нас качает по тупикам. Наконец закатили в один тупик и бросили. Из дверей видно снежное поле. И насыпь или обрыв.

19  декабря. Все еще на Ясиноватой. Мороз сильный. Не хочется высунуть носа из вагона. Подошел другой эшелон Самурского полка. Бегаем по очереди, покупаем молоко, 70 руб. кувшин, и пьем чай на нарах. Одна беда — дров мало. По ночам воруем на


Станции с груженых платформ уголь, доски, шпалы, а днем жжем щиты железной дороги.

Сегодня облюбовали для дров часовню. (Не часовню, вернее, а навес.) Долго мозговали, как ее развалить. Вдруг Тихий закричал: «Берегись, мина!» Не успели сообразить, в чем дело, как Тихий поднял трехпудовый камень и с размаха ударил под один столб. Часовня качнулась

Россия мемуарах

И с грохотом упала. Толпа накинулась. Бревна, доски. Даже железо с крыши захватили для печек. Через минуту от часовни не осталось и следа.

20  декабря. Мушкетово. Прибыли на ст. Мушкетово. Мороз страшный. С нами прибыл и Самурский полк и стал на соседнем пути.

21  декабря. Стоим на Мушкетово. Паровоз испортился. Ждут другого. Наша компания купила полпуда сахару (на четырех) за 200 рублей. Пьем чай целый день. Сегодня неизвестно откуда прибыл вагон с лаптями. Вагон разграбили. У каждого куча лаптей. Надевают поверх сапог и щеголяют по перрону.

22  декабря. Все стоим на Мушкетово. Уже порядком надоело. Лежим на боку. Тесно, душно. Печка горит день и ночь. Все сидят у печки и слушают басни одного «брехуна». Хотя бы скорее двинулись. Говорят, паровозов совсем нет и будто бы и не будет. Есть слухи, что мы пойдем на Ростов походным порядком. Ведем совсем свинский образ жизни. Спишь и спишь. Проснешься. Что на дворе — день или ночь? Вероятно, ночь, потому что тихо в вагоне. Перевернулся на другой бок, заснул. Опять проснулся. В вагон постучали.

—  Первый взвод за обедом! — Ага, значит, полдень.

Пообедали. Опять спать. Проснулись. «Сколько же времени?» — подумал я. Очевидно, рассвет. Потому что уже никто не спит и мне спать не хочется. Эх, сейчас бы двинуться. Хотя бы потрясло немного.

Дверь в вагон со скрипом отодвинулась.

—  Эй! Кто пойдет за подводами в село, — крикнул в дверь фельдфебель. — Завтра идем походным порядком!

—  Я! — закричал Тихий и уже спрыгнул с нар.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.