Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Августейший поэт - Страница 5

Конечно, есть в этих оценках дань дипломатии, международный гонор, есть и правда-матушка: «глас народный». Именно с ним и сообразуется Василий Осипович Ключевский в своих лекциях, собранных воедино в трикнижии «Русская история» ( Ростов-на-Дону, 2000).

Правда, и он повторяет расхожие «общие места»: поляка Сапегу, шведа Петрея, считавшего, что царь Феодор « от природы был почти лишён рассудка». А это выражалось, по мнению шведа, в том, что несчастный «находил удовольствие только в духовных предметах».

В. О. Ключевский относится к этим «типичным» мнениям с легкой иронией, видя в них «некоторое преувеличение», даже «долю карикатуры». Ему куда интереснее «глас народный» — не потому ли, что это — «глас Божий»?

Качества царя, осмеянного прагматическими польскими католиками, как раз и превозносились так называемым народом, от смердов до князей. В драме А. К. Толстой вверяет этот «глас» псковскому герою Ивану Петровичу Шуйскому, и именно в тот момент, когда его ведут в тюрьму. А по сути — на казнь.

«Он — святой царь, детушки, он — от Бога царь, и царица его святая».

Эту иконописность образа царя Феодора более всего и считает достоверной отнюдь не склонный к сентиментальному романтизму историк. «Набожная и почтительная к престолу мысль русских ^современников пыталась сделать из царя Федора знакомый ей любимый ею образ подвижничества особого рода. ...Эго был в их глазах блаженный на престоле, один из тех нищих духом, которым подобает царство небесное, а не земное, которых Церковь так любила заносить в свои святцы в укор грязным помыслам и греховным поползновениям русского человека. Его называли “освятованным царём”, свыше предназначенным к святости, к венцу небесному». И действительно. Святейший Патриарх Иов вскоре после смерти царя Феодора занес его имя в святцы местночтимых Московских святых.

«И здесь, — пишет историк о драме А. К. Толстого, — изображение царя Федора очень близко к его древне-русскому образу; поэт, очевидно, рисовал портрет блаженного царя с древне-русской летописной его иконы».

«Я верую в пророчества пиитов». Мысли Пушкина, по-видимому, следовал и В. О. Ключевский, оборотившись лицом к прошлому России и уловив ретроспективное пророчество А. К. Толстого через изображение Феодора. «У Ал. Толстого ярко проступает нравственная чуткость: это ВЕЩИЙ ПРОСТАЧОК, который бессознательным, таинственно озарённым чутьем умел понимать вещи, каких никогда не понять самым большим умникам». И иллюстрирует свою позицию — видано ли дело для историка! — стихотворными извлечениями из драмы.

Чего, казалось бы, пророчествовать» в конце XIX столетия, когда всё уже было «схвачено» в великой драме А. С. Пушкина «Борис Годунов», написанной в 1825 году. «Сей труд» был посвящён автором «драгоценной для россиян памяти Николая Михайловича Карамзина», «гением его вдохновенный». Однако гений Пушкина далеко превзошёл старшего своего друга и учителя. «Борис Годунов» — это драма о русском национальном характере в нелицеприятном разрезе; это апокриф жития царя Феодора; это подтверждение святости царевича Димитрия, признанной народом; это — выкройка истории государства Российского на грядущие времена. Недосягаем Пимен в своих летописных оценках. Исчерпывающе осмыслена им личность царя Феодора в его земном, спроецированном Свыше бытии.

«А сын его Феодор? На престоле Он воздыхал о мирном житии Молчальника. Он царские чертоги Преобратил в молитвенную келью;

Там тяжкие, державные печали —

Святой души его не возмущали.

Бог возлюбил смирение царя,

И Русь при нем во славе безмятежной Утешилась...»

¦Чего же боле»? Тем не менее из века в век историки, драматурги, режиссеры, вкупе с умными, думающими артистами и зрителями, крутят и крутят мельничный жернов темы. Для того ли только, чтобы реабилитировать в глазах ¦почтеннейшей публики» личность царя Феодора, который в хронологии времён давно уж стал историческим анахронизмом. Но камень, брошенный в Лету, оказывается, не утонул.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.