Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Элегантная жизнь, или Как возник весь Париж - Страница 10

«Трактат об элегантной жизни»

Бальзак утверждает, что главное — отличать человека, который трудится и, следовательно, живет «трудовой» жизнью, от человека праздного, который ведет жизнь элегантную, но также и от того, кто мыслит и ведет жизнь артистическую. Цель его сочинения — стереть границу между «элегантной жизнью» и «жизнью артистическою».

Трудовая жизнь состоит из множества ситуаций, подстерегающих людей, которые находятся в самом низу социальной лестницы; понятия «элегантность» для таких людей не существует, их единственная цель — выжить. Стоит людям подняться чуть-чуть выше, как они начинают на свой лад мечтать о благосостоянии и роскоши — «вареном мясе с петрушкой» два раза в неделю для всей семьи, гардинах с бахромой и канделябрах под стеклянным колпаком.

Еще выше стоят люди почтенных профессий — адвокаты, врачи, нотариусы, офицеры; они не рабы материальной нужды, однако они привязаны к своим занятиям и обязанностям. В тот день, когда они перестают трудиться, думать об элегантности им уже поздно. Их жизнь не лишена известной роскоши, однако роскошь эта неотделима от бережливости: они вкладывают деньги в кашемировые шали, драгоценности и ложу в Комической опере (люди по-настоящему элегантные, как мы увидим позже, посещают Большую оперу или, еще лучше, оперу Итальянскую).

Человек, ведущий трудовую жизнь, не способен понять, что

Такое жизнь элегантная — «искусство одухотворять досуг». Только человеку праздному, познавшему, что такое досуг, известно: если досуг этот не подвергнулся эстетизации, он порождает скуку. Понять, что такое элегантная жизнь, значит понять значение и силу эстетизма.

К «праздным» Бальзак относит людей, которых можно было бы счесть «трудящимися»: высокопоставленного чиновника, прелата, генерала, крупного землевладельца, министра, принцев — всех тех, кто находятся на верхушке административной, церковной, военной или политической иерархии. Чем больше у них власти, тем меньше им приходится делать; они только принимают решения. Всю работу выполняют подчиненные, начальники же располагают временем для того, чтобы выезжать в свет, принимать гостей, беседовать, наилучшим образом употреблять свою умственную энергию.

Итак, для правящих меньшинств праздность есть условие жизни: «Человек праздный всегда будет управлять себе подобными». Согласно Бальзаку, в 1804 году, после провозглашения Империи, эгалитаристской смуте времен Революции пришел конец, и люди, стоящие на социальной лестнице выше других, стали открыто радоваться своему превосходству: «Я выше их, я втаптываю их в грязь, я защищаю их, я правлю ими, и всякий ясно видит, что я ими правлю, защищаю их и втаптываю их в грязь, ибо человек, правящий другими, защищающий их и втаптывающий их в грязь, говорит, ест, ходит, спит, кашляет, одевается, развлекается не так, как люди, обливаемые грязью, защищаемые и управляемые»61. Из этой вновь созданной иерархии и родилась элегантная жизнь.

Элегантная жизнь пришла на смену аристократической жизни, какая существовала при Старом порядке. Носители элегантной жизни — представители новых элит, «тройная аристократии денег, власти и таланта», иначе говоря, «патрициат банков, министерств, газет и парламентской трибуны» . Элегантность, понимаемая как средство отличить тех, кто правит, от тех, кем правят, заменяет привилегии, которые служили отличительной чертой дворянства до Революции.

В обществе, где господствует равенство прав, о своих отличиях приходится заявлять с помощью манер, которые зависят исключительно от личных качеств того или иного человека: «Отныне лишь знание правил хорошего тона, благородные манеры и нечто, являющееся плодом безупречного воспитания, отделяют праздного человека от человека трудящегося. Все привилегии теперь проистекают из превосходства морального. Потому-

«Трактат об элегантной жизни»

То многие люди придают такое большое значение образованию, правильности речи, грации манер, умению непринужденно носить одежду, убранству жилища, наконец, совершенству всего облика человека»62.

Поэтому художники, хотя их существование и не является в полной мере праздным, могут, по мнению Бальзака, вести элегантную жизнь. Творения художников связаны с их личностями, несут на себе их отпечаток и свидетельствуют об их месте в обществе точно так же, как походка, манеры, роскошь обстановки связаны с личностью человека знатного. В то же время труд их независим и в принципе никто и ничто не вправе навязать им тот или иной ритм жизни; они не подчиняются ничьей власти и признают над собою лишь власть ума. Если трудовая жизнь есть «эксплуатация человека человеком», то жизнь артистическая и жизнь элегантная суть «эксплуатация человека мыслью». Художники составляют «аристократию таланта»: они влияют на моду и, если смотреть на вещи более широко, оказывают решающее воздействие на культуру.

В «Трактате об элегантной жизни», который, впрочем, так и остался незаконченным, Бальзак постоянно колеблется между социологическим анализом, связывающим элегантную жизнь с новой аристократией, плодом новой расстановки сил в обществе, и социальной эстетикой, которую автор, однако, частенько подменяет учебником хороших манер, полным фривольных шуточек.

Бальзак в данном случае становится жертвой той же иллюзии, какая питает денди. Он исходит из убеждения, что если элегантность есть средство, с помощью которого сильные мира сего, как старые, так и новые, подчеркивают свои отличия, то верно и обратное — для того, чтобы подняться на самый верх социальной лестницы и обрести власть, достаточно быть элегантным. (Отсюда в тексте Бальзака рядом с осуждением дендизма как ереси, вкравшейся в царство элегантности, рассказ об афоризмах и советах, которыми якобы одарил журналистов «Моды» английский денди Браммел.) •

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.