Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Генерального штаба - Страница 4

Коротков был сотрудником внешней разведки НКГБ в Германии, через него сведения «Корсиканца» попадали в Москву. Заявление Розенберга отражало мнение руководителей нацистского правительства Германии и по сво-

' Бирнат К., Краусхаар Л. Организация Шульце-Бойзена—Харнака в антифашистской борьбе. М.: Прогресс, 1974. С. 32.

2 Пещерский В. «Красная капелла». Советская разведка против гестапо. М.: Центрполиграф, 2000. С. 145.

4941 год. Т. 2. М.: Международный фонд «Демократия», 1998. С. 407.

Ей силе концентрированной угрозы не могло не привлечь внимание тех, кто отвечал за безопасность СССР.

«Старшина» тоже добывал для «Степанова» важные сведения. 30 апреля 1941 года он встретился с Грегором — офицером связи Геринга, который сообщил ему, что вопрос о выступлении Германии против Советского Союза решен окончательно и начало его следует ожидать со дня на день. Эти сведения «Старшина» сообщил «Степанову» и они тоже, как и многие другие, оказались в Москве.

Через десять дней, а точнее 9 мая 1941 года, «Старшина» еще раз предупредил «Степанова» о том, что в щтабе германской авиации проводится усиленными темпами подготовка операции против СССР. По оценке «Старщи-ны», данные говорили о том, что выступление намечено на ближайщее время.

«Старщина» обратил особое внимание на то, что в разговорах среди офицеров щтаба часто называется дата 20 мая как дата начала войны. Вместе с тем он сообщил советскому разведчику, что некоторые офицеры штаба германских военно-воздушных сил полагают, что выступление Германии против СССР намечено на июнь 1941 года'.

Сведения, поступавшие от «Корсиканца» и «Старшины», были устными сообщениями и не подтверждались документами. Им можно было либо верить, либо нет. Все зависело от степени доверия разведчиков «Корсиканцу» и «Старшине». Достоверность данных этих источников стала очевидной 22 июня 1941 года. Честность «Корсиканца» и «Старшины» в отношениях с советской разведкой получила еще одно подтверждение — в 1942 году Харро Шульце-Бойзен и Арвид Харнак были схвачены агентами государственной тайной полиции Германии и казнены^.

Однако до нападения Германии на СССР эти события еще не произошли и поэтому они не могли использоваться в качестве доказательства достоверности сведений, которые поступали в Москву от этих источников.

4941 год. Т. 2. М.: Международный фонд «Демократия», 1998. С. 403.

2 Очерки истории российской внешней разведки. М.: Международные отношения, 1999. С. 139.

Информация, включенная в «Календарь...», ограничена составителями этого документа лишь сведениями, поступившими от этих двух антифашистов.

О существовании «Перечня...» впервые стало известно в конце 2003 года. Этот уникальный исторический документ позволяет сделать вывод: донесения источников НКГБ получали неоднократное подтверждение поступавшими сведениями от источников военной разведки. Точнее, внешняя разведка НКГБ и Разведуправление Красной Армии располагали материалами, свидетельствовавшими о тревожной ситуации, складывавшейся на советско-германской границе.

Сведения, перечисленные в «Перечне...» Разведуправ-ления Красной Армии, поступали от кадровых офицеров военной разведки, действовавших за рубежом, и их источников. В СВЯ31 с этим «Перечень...» интересен с двух точек зрения.

Во-первых, данные «Перечня...» подтверждали правильность донесений «Корсиканца» и «Старшины». По существовавшей в 1941 году практике в НКГБ и РУ Красной Армии, наиболее важные донесения источников руководители двух разведок направляли И. В. Сталину, министру иностранных дел В. М. Молотову, народному комиссару обороны С. К. Тимошенко и начальнику Генерального штаба К. А. Мерецкову (1940—конец января 1941 года)' и Г. К. Жукову (конец января—июль 1941 года)1

Кроме первых лиц государства разведывательные сведения часто направлялись и по второму списку, в который были включены еще щесть—семь человек, занимав-щих высокие должности в советском правительстве. Поэтому регулярные сведения, которые направлялись разведками НКГБ и РУ Красной Армии И. В. Сталину, В. М. Молотову, С. К. Тимощенко и Г. К. Жукову, должны были периодически оказываться на их служебных столах. Единого отдела, предназначенного для обобщения разведывательных сведений стратегического характера и

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.