Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

История тангутского государства - Страница 7

Месяц взошел, Западный сын Ра забавлялся,

Под твердью Небесной Белый журавль Ндон, черно-глупый. Высматривал красную плоть [Земли],

Чтобы схватить [ее] мощной рукой.

Перед ним красная плоть Земли не рушится,

[Он] долго-долго грустит...

Ищет опору для трудной работы...

С силой на посох оперся,

[Твердь] не колеблется.

Неспешно появляется гора, окутанная туманом...

Медленно вздымается высокая Земля, окутанная облаками.

Муж благородный, мастер искусный,

Ткет драгоценный камень...

На рассвете ослабел...

Избалованная красавица, как ребенок, резвится,

Громом громыхает...

Белый журавль, твердь Небесную творя,

Сам вихрем обернулся.

Перед ним плоть красная, ног не видать,

И черноголовые работают, как ветер.

И краснолицые Землю устраивают,

В облаках проходы делают,

С Солнцем ярким навек породнились,

Отныне за Солнцем наблюдать должны...

Череда сыновей краснолицых явилась,

[Они] — исток рождения людей.

Судя по этому тексту, сформировать Вселенную, подтолкнуть Камень-Гору к росту помог Белый журавль с именами Ндон и Ра. Процесс творения уподоблен ткачеству. Откуда появился Белый журавль? Может быть, от «духов Небесных» или из Яйца, упоминающихся в тексте «из сутры».

Небо и Земля не исток,

[А] Пустота обширная, всепобеждающий исток.

Из недр Земли вершина горы Ме,

Светлые духи Небесные собрались [на этой вершине],

Снесенное птичье Яйцо,

[Оно] порождено в воздаяние за милости...

Акт творения сравнивается с полетом, вихрем, ветром. Упоминание об этом есть и в другой оде указанного сборника «Строфы»:

Белый журавль, красоту подлинную обретя,

Мощь явил, с Белых высот спустился,

Ветром западным выпрямился.

По тексту «Большой оды», в акте творения мира играла свою роль и Солнцебедрая девушка. Сам акт творения предстает и как ее любовная игра с Белым журавлем. Она, по-видимому, Женщина-Солнце; сравнение женщины с солнцем мы неоднократно встречаем в тангутских изречениях: «У женщины благородной кость чистая, как лучи солнца»; «Помыслы женщины благородной — солнечные лучи» и т. д. Неясным образом появляются две составляющие тангутского народа— черноголовые и краснолицые. Они участвуют в завершении акта

Творения, их потомки — люди, «череда сыновей». Белый журавль как творец Вселенной упоминается в мифах ицзу:

Белый журавль был занят работой,

Белый журавль ткал голубую нить.

Журавль поднимал Высокое Небо,

Белые крылья журавля строили Небо.

[Уши цзилюэ. Т. I. С. 222]

«ГИМН СВЯЩЕННЫМ ПРЕДКАМ ТАНГУТОВ»

Среди таигутских рукописей и ксилографов Ленинградского отделения Института востоковедения АН СССР [Тангутские рукописи] есть книга без названия, довольно посредственной сохранности, которая является одним из наиболее ценных памятников этого собрания. Еще в начале 30-х годов Н. А. Невский, занимаясь разбором коллекции, обнаружил, что иа оборотных сторонах листов ксилографа записан от руки целый сборник оригинальных тангутских поэтических произведений, названных им одами. И бесспорно, как это сразу же и отметил Н. А. Невский, самыми ценными среди них были «Ода в честь создателя гангутской письменности»3 и «Гимн священным предкам тапгутов». Последняя ода уже своим названием заинтересовала Н, А. Невского. Он тщательно копирует текст оды [АВ. Ф. 69. Он. 1. № 11. Л. 37-42] и приступает к ес исследованию.

Однако общий уровень тапгутоведепия того времени, признанным лидером которого был Н. А. Невский, оказался еще недостаточным, чтобы дать хотя бы черновой перевод памятника. Словарь самого Н. А. Невского также был еще далек от того объема, который он имеет теперь. И поэтому, выступая на сессии АН СССР в 1935 г. с обзорным докладом «Тангутс кая письменность и ее фонды», Н. А. Невский, прежде чем зачитать отрывки из этого произведения, должен был предварительно заявить: «Эта ода, па мой взгляд, представляет значительный интерес, проливая свет на раннюю историю возвышения тангутов. Но, к сожалению, она полна собственных имен, установление чтения которых сопряжено с громадными трудностями, и в ней масса неизвестных мне идеографов, так что при моем настоящем знании тангутской письменности я еще не в состоянии зачитать полный перевод этой оды, но все же хотел бы остановиться на некоторых местах, доступных расшифровке» [Невский, 1960. Кн. 1. С. 75; далее — ТФ].

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.

     

    Www.istmira.ru