Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Качалов - Страница 6

—  Галковский?

—  Я.

—  Что, Галка?

—  Выходи!

—  Неудобно.

—  Срочно!

—  Зачем?

—  Мундир... твой, мундир нужен...

—  Кому?

—  Орленеву.

—  Приехал?!.

Но не так-то легко покинуть видное место возле хоругви,

К счастью, явился негаданный повод. Тот по виду незначащий повод, который иногда становится катализатором взрыва событий.

Ничто не могло удержать гимназиста. Василий рванулся назад, чуть не ступил на ногу коленопреклоненной старушки, второпях задел купчину в поддевке и под укоризненными взглядами чинуши и его супруги протолкнулся к Галковскому.

Худощавый темноволосый Галковский на первый взгляд, казалось, никак не походил на рослого светловолосого Василия Шверубовича. Все же они понимали друг друга с полуслова и нр только оттого, что были одноклассниками, сверстниками и приятелями Еще более объединяла их общая страсть — та благородная, возвышенная страсть к искусству театра, которой, подчас необъяснимо, были, бывают и будут подвержены самые разные люди у всех народов.

Еще пробиваясь к выходу, Галковский успел сооб щить многое. Знаменитый артист Орленев сегодня приехал в Вильну. Снял комнату у дьячка в церковном дворе. Вечером назначен спектакль «Школьная пара». Гастролер играет роль гимназиста. Но в гардеробе театра не нашлось нужного мундира.

—  Разумеется, я предложил свой мундир. Не подошел. Узок... — Галковский не сумел подавить тяжкого вздоха.

—  А если и мой тоже... — от такой мысли Шверубович осекся и перешел даже на шепот.

—  Рискни! — Галковский подтолкнул друга к двери в квартиру дьячка.

Долговязый гимназист робко постучал в дверь.

—  Войдите! — откликнулся сердитый голос из глубины комнаты. — Да входите же, черт побери! Впро-чем, если из театра, предупреждаю — играть без мундира отказываюсь!

Вконец оробевший гимназист переступил порог Навстречу двинулся человек с бритым актерским лицом, Орленев... Столь знакомый по множеству портретов в журналах. Увы^ — оказался он совсем коротышкой, почти на голову ниже своего незваного гостя.

Но ни прославленный артист, ни стоявший перед ним растерявшийся юноша не ведали, что эта почти случайная встреча определит дальнейшую судьбу одного из них.

ШЯГИ МЕЛЬПОМЕНЫ


Черт знает — страшно сказать, а мне кажется, что в этом юноше готовится третий русский поэт и что Пуш кин умер не без нас-тедника

Белинский о Лермонтове (Письмо к Боткину)

Н

I ссеченное морщинами лицо старой Вильны хранило следы давней красы. На улицах ее как будто задержались века. Руины древних замков, католические костелы и православные монастыри, обнесенные высокими стенами — твердыни господни, дома-особняки, похожие на крепости, и прочие «забытых дел померкшие герои» свидетельствовали о бурной прошлой жизни. Еще бы! Возник город на перепутье Запада и Востока, где повстречались культуры различных народов. Переплетение сложное. Подчас противоречивое.

Царское правительство придавало Вильне большое значение как административному центру. Не случайно здесь находилась резиденция генерал-губернатора, управлявшего всем северо-западным краем империи.

В городе около ста тысяч жителей: русские, литовцы, евреи, поляки... Кто они? Богатые купцы, шляхтичи, мелкие торговцы, чиновники всех рангов, ремесленники различных профессий. Рабочих мало, ибо промышленные предприятия немногочисленны и они крошечные. Зато много кустарных заведений, изготовляющих обувь, одежду, игрушки, щетки, папиросы, конфеты и всякие мелочи, «чем жив человек».

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.