Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Немцы Таймыра - Страница 6

В середине июля на моторном боте из Дудинского рыбзавода в Усть-Хантайку были доставлены три неводника, «куклы» неводной сетки и барабаны веревки для неводов. Под руководством прибывшего инструктора Богданова все три рыболовецкие бригады стали «строить» для себя 500-метровые невода из сети с 35 мм ячеей. Между столбами натягивали верхнюю и нижнюю тетивы невода и к ней пришворивали полотно сети шириной 8-м, то есть высота невода в воде должна быть 8 м. На мою долю выпала работа, с которой никто не был знаком - вырезать из дерева лиственных пород (например, березы) иглы для вязания сетки, так как в каждой бригаде их должно быть по несколько штук. Без таких игл, заполненных суровыми нитками, нельзя починить сеть и порванный невод. При их изготовлении меня выручал, оставшийся после ареста моего папы в 1938 году перочинный нож с перламутровой отделкой. Остро наточенный он позволял вырезать сложную фигуру иглы из твердого сухого дерева со шпулей для ниток. После того, как на верхнюю тетиву невода были через каждый метр навешаны из сухой обожженой древесины балберы, а на нижнюю-грузила, 9 июля 1942 года инструктор Богданов, собрав бригаду из 8-ми ребят и девчат, впервые сидевшие в лодке (это была сельская молодежь из степных районов Поволжья), мы направились на левый песчаный берег рыбачить. Прибыв на тоню, нам стало ясно, что технологию рыбного промысла с большим неводом наш инструктор плохо знает, допустив впоследствии ряд ошибок: тоня не была очищена с помощью каната от топляков и камней и поэтому при первом же неводнении произошел зацеп и порыв полотна невода; из-за слабого инструтажа рыбак на пяте не знал как удерживать невод, чтобы его течением не затягивало в реку. Он, бедняга, стараясь вручную удержать невод, был затянут в воду выше пояса и бросил бичеву, тогда как необходимо было на суше, упираясь имевшейся у него палкой в песок придерживать невод от берега на расстоянии длины бичевы; в результате невод был затянут течением на глубину, спутан и нами вытянут вдоль берега; рыбак на пяте тогда был весь мокрый. Хотя неводнение было неудачным, в мотне оказалось несколько крупных нельм и тайменей. Это обрадовало всех нас тем, что предвиделся сытный обед. Все мокрые пошли сушиться в рыбацкую избушку с двухярус-ными нарами и железной печкой. Не имея еще к тому времени тюлевые черные сетки, нас очень сильно донимали комары и мошки, не было от них никакого покоя. В этом отношении июль и первая половина августа на Севере самое неприятное и беспокойное время - привыкнуть к этой твари невозможно. Во время работы днем нужна фуражка с козырьком и поверх тюлевая сетка (марля не годится, так как в ней задыхаешся от жары, пота и слабой вентиляции), а ночью - марлевый полог во всю длину постели. Но этого никто не имел, кроме нашего инструктора. После нашей рыбалки, уже в избушке мы с ужасом обнаружили, что утром во время отправки из поселка на берегу среди камней мы все оставили свои узелки с едой и, главное, - с хлебом. За время, пока мы в избушке сушились, на Енисее разыгрался сильнейший шторм, вся река покрылась белыми гребешками, за хлебом плыть стало опасно, решили жить на пойманной рыбе.

На четвертые сутки шторм на реке не стихал. Что делать? Рыба на еду уже кончилась, на небе черные тучи - дует чистый норд. Кроме неводника у нас была еще небольшая лодка-астраханка на 2 весла. Богданов объявляет: кто добровольно согласен втроем плыть 7 километров в поселок за продуктами? Нашлись трое: Богданов на корме лодки с рулевым веслом, а Петри и Янкович - за веслами. Шторм был действительно сильным, лодку между волнами швыряло то вниз, то на гребень волны, где самый опасный момент - вода через борт. Наш рулевой прекрасно со всем справлялся, включая и вычерпывание ковшом воды со дна лодки. В середине Енисея мы увидели, что весь поселок вышел на высокий берег и следил за нами, что нам, естественно, придало больше духа, а когда мы зашли в речку - сбежали вниз к нашей лодке и приветствовали за смелое плавание. Пока мы получали продукты и обедали, шторм на реке заметно стих, пропали «беляки». Мы тронулись в обратный путь, но уже вдвоем - Юра Янкович заболел. На тоне нас с радостью встречали наши голодные рыбаки.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.