Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Освейская трагедия - Страница 8

I.

A

O

О

Добавлю только то, что муж Брониславы Арсений вернулся с войны невредимым, у них родились еще три дочери и сын...

Защиринская Анна Сигизмундовна.

Г. Рига».

«Браніславу» прочитала сразу же и с огромным напряжением. Все тут собрано — и то, как об этом рассказано, очень затронуло меня.

Ваша книга по впечатлению — достойное продолжение и Адамовича, и Гранина. О войне нужны малейшие подробности — именно они и создают ощущение правды.

Милена Рождественская, научный сотрудник, г. Ленинград».

«Прочитав документальную повесть «Брані-слава», решила вам написать, что я тоже родом из Освейщины, из деревни Пустельники. Но, к сожалению, в книге не упоминаются сожженные деревни Пустельники, Желобовщина, Защи-рино... Наверное, вам не встречались люди, которые выжили в огне этих деревень. Но есть еще свидетели фашистских злодеяний! Не всех загубили, не всех замучили в концлагерях. Я просто обязана вам рассказать, как уничтожали вместе с детьми, стариками наши дома.

Недавно ездила на родину. Теперь там все сровняли. Вокруг поле. Сеют кукурузу. А у меня стоят перед глазами люди, постройки, все то, еще целое...

0

П

Т

Ф

П

X

01

Ч

*0

Ш

Ф

1

Мой адрес до войны — деревня Пустельники. Может быть, и дождусь, когда о моей Освее прочтут люди и сохранят память о народной беде...

БубовичАнна Иосифовна, бывалая узница Саласпилса, Майданека, Равенсбрюка, Освенцима.

Г. Рига».

«Хотел бы поделиться давней тревогой, которая связана с послевоенным положением «огненных деревень» Освейского края. Таких жертвенных мест на земле немного! Аюди, которые после всех кошмаров войны выжили и остались на этой многострадальной земле, не жаловались и не требовали для себя каких-либо льгот, привилегий. Но убежден, что они заслуживают большего внимания. Освейская трагедия недостаточно освещена и увековечена для потомков.

Разве место Освеи не в одном ряду с Аидице, Хатынью?..

Мороз Вячеслав Вячеславович, бывший узник Саласпилса.

Латвия, г. Айваны».

Рижанка Аапко Аеонара Сигизмундовна из д. Зеньки на Освейщине, бывшая узница Саласпилса, в конце своего письма попросила:

«Хотелось бы, чтобы Ваша книга об Освее была издана на русском, потому что мы уже забыли белорусский язык...»

I

Го

X

I

<

С

)X

О)

L_

О.

Ф

U

А уже упомянутая выше Лина Донатовна Ра-водина пояснила, в чем дело: «В детском приюте говорили между собой очень мало: нам не разрешали на своем языке говорить. В углу комнаты стояло ведро с водой и березовыми дубцами, которыми нас били за каждое слово, сказанное на родном языке».

«Пишет вам из деревни Мыково Верхнедвинского района Черноок Валентин Игнатьевич. Ваша книга «Браніслава» меня потрясла, потому что в ней описана вся та трагедия, которую и мне пришлось пережить: экспедиция 1943 года, концлагерь Саласпилс...

В 1934 году родился в деревне Лесниково. В феврале 1943 года, по-моему, это было 23 числа, мы собрались уезжать в лес, убегать от карателей. Но выехать мы не успели: когда вышли из дома, увидели — уже горят Бузово, Шабалы, Корзуны, Синичино. Эти деревни фашисты сожгли вместе с людьми. Нашу деревню Лесниково и соседнюю Грибовцы тоже сожгли, но людей всех погнали в Обухово. Там увидели полусожженные дома: люди — как головешки обгоревшие, некоторые сидели корчком. Все это дымилось.

Нас всех загнали в один из домов этой деревни, заколотили двери и окна, собираясь его поджечь. Вдруг в доме раздался крик. Полицай открыл дверь и на русском языке сообщил, что сжигать нас не будут. Все крики в то же мгновение затихли.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.