Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Петр Алексеев - Страница 1


Петр Алексеев - Страница 1

/



ОСНОВАНА В 1933 ГОДУ М. ГОРЬКИМ



МОСКВА 1 964



ВЫПУСК 15 (390)



Л OcmpoSep



ПЕТР АЛЕКСЕЕВ



ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК ВЛКСМ



«МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ»



9(C) 16 0-77



На краю деревни Новинской, там, где ухабистая дорога поворачивала к взгорью, стояла' ветхая изба — черная, с прикипевшим к стенам серо-зеленым мхом, с развалившимся крыльцом. В тени, прислонившись спиной к доскам крыльца, сидел мальчонка; он мастерил игрушечную мельницу. Работа у него не спорилась: поработает несколько минут и ложится навзничь.



—  Петрушаі — послышался оклик из избы.



Мальчонка поднял голову. Странное у него лицо:



Красное, со свежими, еще влажными рябинками.



—  Что, бабушка?



—  Ступай в избу. Язвочки посушу.



—  Не надо, бабушка. Тетя Ариша сказала, что я уже здоров.



...Запылала вечерняя заря. Воздух наливался мглой. Показались люди. Одни шли полем — мертвым, выжженным, другие — дорогой. Шли толпами: в сером мареве поблескивали косы, тускло маячили цветные платки. Люди шли понуро, точно с похорон, только собаки, заливисто лая, метались от группы к группе и своей суматошливой возней оживляли унылое шествие.



К ветхой избе свернула семья Игната. Впереди сам Игнат — жилистый старик с коричневым лицом. Он шагал широко и топырил руки в стороны. За ним шеренгой, словно в строю, трое дюжих молодцов — бородатых, как и отец. Дальше — три молодицы в белых платках, низко надвинутых на лоб. Замыка-



Ли шествие трое мальчиков и верткая белая собачонка.



Вошел в ивбу дед Игнат. Он остановился посреди горницы, цепким глазом посмотрел вокруг, как бы проверяя, все ли на месте, потом обратился к старушке, скуластой, с добрыми глазами:



—  Как, мать, готово у тебя?



—  Садись, командёр, — добродушно проговорила старушка, ставя на стол чугун.



Первым приступил дед. Бережно, под охраной куска хлеба, донес он ложку с похлебкой ко рту и кивнул головой. К чугуну потянулись ложки. Ели молча, соблюдали очередь — от старшего к младшему.



Чугун опустел. Игнат положил ложку на стол и, ни к кому не обращаясь, сказал:



Значится, без ржицы будем.



Одна из молодиц хихикнула:



—  Откуда ей быть?



Старик укоризненно взглянул на сноху и, как бы зачеркнув ее слова, повторил тем же сухим голосом:



—  Значится, без ржицы будем.



—  Не привыкать стать, — отозвалась старушка.



Она хотела оборвать разговор: все с ног валятся



.от усталости, а он, старичина, из-за стола не встает.



И на жену посмотрел Игнат укоризненно.



—  Значится, говорю, без ржицы останемся, — повторил он в третий раз. — Значится, голодать будем.



*— И у Мальвинских все погорело, — тихо сказал старший сын Алексей, отец четырех парнишек.



—  У Мальвинских помещик имеется, — спокойно ответил старик. — Он своих холопов выручит, не даст им с голоду подыхать. Если мужики подохнут, ему убыток. А у нас нет помещика: мы государственные. Казенные. А казне что? Засуха не засуха — подати вноси. Подох мужик с голоду — казне невелик урон: у нее мужиков, что песку на Смоленщине. — Медленно поворачивая голову, он переводил глаза с одного на другого, до самого младшенького, до Никишки; вдруг улыбнулся и мягко закончил: — Ему как будто рано помирать.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.