Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Повелители фрегатов - Страница 150

И нередко кто-нибудь восторженно замечал:

— И что за славная эта Груня!

—  Д-да, братец ты мой, баба! — сочувственно протяшвал другой. — Но ТОЛЬКО ее не облестишь... Ни боже ни! — не то с досадой, не то с почтением прибавлял матрсх:... — Матроска правильная... честная... Не похожа на наших кронштадтских... Она кому угодно в ухо съездит.

—  Прошлым летом одного лейтенанта так угостила, что морду-то у его ажно вздуло! — со смехом проговорил кто-то.

—  За что это она?

—  А вздумал, значит, лейтенант ее под микитки... Черт!

—  Вот так ловко! Ай да молодца Грунька! — раздавались одобрительные всхклицания.

Действительно, в Груне было что-то схюбенно привлекательное.

Даже кронштадтские писаря, подшкиперы и баталеры, любители и поклонники главным образом адмиральских нянек и горничных, понимающих деликатное обращение и щеголявших в шляпках и кринолинах, — и те не оставались к ней презрительно равнодушны. Победоносно закручивая усы, пялили они глаза на эту бедно одетую матрсхжу с приподнятым подолом затасканной юбки, открывавшим ноги, обутые в грубые высокие сапоги, в старом шерстяном платке на голове, из-под которого выбивались на белый лоб прядки светло-русых волнистых волос

Но все как-то необыкновенно ловко сидело на Груне В щепетильной опрятности ее бедного костюма чувствовалась инстинктивная кокетливость женщины, сознающей свою красоту.

При виде хорошенькой матроски, господа 4счиновники», как зовут матросы писарей и разных нестроевых унтер-офицеров, отпускали ей комплименты и, шествуя за ней, громко выражали мнение, что такой, можно сказать, Красавине по-настоящему следовало бы ходить в шляпке и бурнусе, а не то что чумичкой... Только пожелай...

—  Как вы полагаете, мадам? Вы кто такие будете: мадам или мамзель?

—  Не угодно ли зайти в трактир?- Мы вас угостим... Аюбите мадеру?

Вместо ответа матроска показывала кулак, и господа «чиновники», несколько шокированные таким грубым ответом, пускали ей вслед:

—  Экая мужичка необразованная... Как есть деревня!

Не оставляли Груню своим благосклонным внил^анием, случалось, и молодые мичманы.

Запуская на матроску «глазенапы», они при удобном случае преследовали ее и спрашивали, где живет такая хорошенькая бабенка? Чем она занимается? Можно бы ей приискать хорошее место. Отличное! Например, не хочет ли она поступить к ним в экономки?.. Их всего трое...

—  Что ты на это скажешь, красавиц?

—  Тебя как зовут?^ Куда ты идешь?

—  Прелесть какая ты хорошенькаяі Без шуток, поступай к нам в экономки... хоть сегодня... сейчас... И кто из нас тебе понравится, тот может тебя целовать сколько угодно... Согласна?

—  Даты что же, немая, что ли?

Матроска делала вид, что ничего не сльппит, и прибавляла шагу. И только ее белое красивое лицо, с прямым, слегка приподнятым носом, высоким лбом и строго сжатыми губами, алело от приливавшего румянца, и порой в ее серых строгих глазах мелькала улыбка.

Ей втайне было приятно, что на нее, простую бедную матроску, обраіцают внимание даже и господа.

Обыкновенно Груня не отвечала ни на какие вопросы и предложения уличных ухаживателей.

«Пускай себе брешут, ровно собака на ветер!«—думала она и, не поворачивая головы, шла себе своей дорогой. Но если уж к ней очень приставали, она внезапно останавливалась и, прямо и смело глядя в глаза обидчикам, строго и властно, с какою-то подкупающею искренностью простоты, говорила своим резким, низким голосом:

—  Да отвяжитесь, бесстыдники! Ведь я мужняя законная жена!

И, невольно смущенные этгим открытым, честным взглядом, полным негодования, бесстыдники поворачивали оглобли, ри-

Скуя в противном случае познакомиться с самыми отборными и язвительными ругательствами, а то и с силой руки недоступной матроски.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.