Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Религия и культы - Страница 10

// Sitzungsberichte der Koniglich Mendel G. Inscriptions de Bithynie Greek and Latin Inscriptions from

ГЛАВАI

ОСНОВНЫЕ ХРАМОВЫЕ ЦЕНТРЫ И СВЯТИЛИЩА В ПОНТЕ

Идеология и религиозная политика понтийских царей, основанная на популярности божеств греческого, анатолийского и иранского пантеона, была теснейшим образом связана с распространенными в Восточной Анатолии культами великих понтийских богов — Ма-Энио-Беллоны, Анаит и их мужских паредров в храмово-религиозных центрах Кома-не Понтийской и Зеле, а также в Америи, где почитались Мен-Фарнак и Селена. Эти храмово-гражданские общины были известны далеко за пределами Понтийского царства, сохранили они свое значение и в римскую эпоху. Наиболее важным источником по организации, образу жизни обитателей и почитателей божеств в этих храмовых центрах, культовым обрядам, которые там отправлялись, и категориям храмовых служителей является сочинение греческого географа Страбона. В нем говорится, что святилища в Комане и Зеле существовали еще при персидских царях династии Ахеменидов задолго до прихода к власти в Понтийской Каппадокии династии Митридатидов, а Зела была главным центром почитания персидских богов Анаит (Анахиты), Омана и Анадата. Согласно древнему преданию, город и святилища этих божеств были построены на вершине искусственно насыпанного холма после победы, которую одержали над скифами персидские полководцы (Strabo XI. 8. 4; XII. 3. 37). Следовательно, когда в Зеле построили главный храм, там в первой четверти VI в. до н. э. уже существовал город или какое-то поселение, ставшее одним из наиболее важных в Понте, так как это была столица административного округа Зелитида, который охватывал довольно обширный регион царства25.

Еще до того как Зела вошла в царство Митридатидов, город и святилище были объединены в храмовое государство, включавшее собственно храм богини Анаит и гражданскую общину — полис Зелу, которые имели обширные земельные владения. Однако понтийские монархи старались уменьшить их объем с целью присоединить эти угодья к создава-

Емому ими фонду царской земли. Но' это не затрагивало собственно храмовой земли, а касалось в основном земли в собственности города. ' Ведь согласно Страбону, цари управляли Зелой не как городом, а как святилищем персидских богов (Strabo XII. 3. 37). Можно предположить, что под словом «цари» у Страбона скрывались не только понтийские Ми-тридатиды, но и персидские правители, а также представители династии Полемонидов. Интерес «царей» к храму в Зеле стал причиной возвышения власти его жреца, т. е. главного жреца храма богини Анаит, поэтому он, как утверждает Страбон, являлся почти «полным хозяином» всего в Зеле и поэтому в социальной иерархии Понтийского государства занимал второе место после царя. Все доходы с храмовой земли и наделов, которые находились в собственности жреца, поступали храму, т. е. тому же жрецу, составляя основу богатств так называемой «храмовой сокровищницы». Такая практика сохранялась и после перехода Понтийского царства под власть Полемонидов, а затем и римлян.

Верховный жрец Зелы подчинялся царю и осуществлял функции правителя Зелитиды, подобно наместнику или царскому сатрапу, поэтому наряду с религиозными он имел военные и административные полномочия. По положению в системе власти он приближался к диойкетам — наместникам в округах царства, так как его резиденция находилась в Зеле, которая дала название всей области, подвластной верховному жрецу, но он сам подчинялся царю. После вхождения в состав Понтийского царства, гражданская община — полис (или город) Зела получила от понтийских царей гораздо меньше прав политической автономии даже по сравнению с другими городами и царскими укреплениями, которым Митридат Евпатор дал статус полисов. Ведь ни Митридатиды, ни Полемониды, которым досталась Зела после восстановления Понтийского государства в 30-х годах до н. э., не предоставили ей привилегии чеканить монету со своей легендой. Очевидно, Зела была лишена официального статуса полиса, поэтому основной земельный домен в Зелитиде принадлежал царям и их окружению, а храмовая община существовала лишь за счет ресурсов «храмовых земель». Поэтому монархи, в том числе понтийские, свободно вмешивались в дела жрецов и самого храма, ограничивая частично и привилегии жречества. А это дает возможность предположить, что царская власть была заинтересована использовать местный культ верховной богини в качестве основы своей идеологии для господства над населением Зелитиды, да и царства в целом26.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.