Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Румянцев - Страница 9

В Москве в июле 1744 года состоялись пышные торжества, посвященные празднованию мира со Швецией. На церемониальные мероприятия из Петербурга прибыла императрица Елизавета. Тогда был обнародован указ о возведении Румянцева вместе с его потомством в графское достоинство. К титулу графа был приложен «нерушимо, на все времена» фамильный герб с надписью Non solum armis («Не только оружием»). Заслуги выдающегося государственника были также отмечены дарованием в собственность земель (84 Vs га) в Прибалтийском крае.

Эти события завершили «патриотическое усердие» Румянцева. После Петра I ему довелось нести службу при шести российских самодержцах — от Екатерины I до Елизаветы Петровны. При каждом из властителей он был востребован, незаменим там, где решались вопросы государственной важности. Исходя из того, как Румянцев отдавал себя делу, как прокладывал свой жизненный путь, — складывается образ человека бескорыстного, ревностного, самоотверженного. Он не выторговывал, не ставил условий, не гнался за выгодой и наградами, не уклонялся от возлагаемых на него дел и поручений. Был предан и неподкупен, не кривил душой, не искал легкой жизни. Служение Отечеству для него было высочайшей честью.

История жизни Александра Ивановича Румянцева отдельными событиями, эпизодами и впечатлениями разбросана по многочисленным источникам: в военно-исторических материалах, записках, описаниях, в архивных делах, наконец, в дневниках современников. Систематизировав разрозненные сведения, талантливому биографу и автору очерков о вьщаю-щихся государственных деятелях императорской России П. М. Майкову удалось вьщелить наиболее существенное: «Румянцев обладал большим умом, был тонкий человек с большой придворной и дипломатической ловкостью. Он был приятный собеседник, очень любезен и предупредителен, имел удивительную память, доставлявшую его разговору большую занимательность. Он обладал добрым сердцем — и это уменьшало число его врагов и обезоруживало его соперников»*.

В Петербурге, в глубине сквера, что расположен между Академией художеств и университетом, стоит обелиск. На нем нет имени и дат, а лишь одна лаконичная надпись: «Румянцева

' См.: Русский биографический словарь: Т 17. Романова — Рясовский.

21

Победам». Теперь мало кто помнит, когда и по какому поводу этот памятник был воздвигнут. Дело в том, что в пору, когда приступили к его созданию, оглушительная слава окружала человека, под предводительством которого были одержаны такие победы, равных которым история тогдашней Европы не знала. Творцам памятника казалось, что триумф полководца переживет века, его победы войдут в память человечества настолько прочно, что необходимости наносить на обелиск еще какие-либо сведения нет. Это ему Екатерина II писала: «Вы займете в моем веке несомненно превосходное место предводителя разумного, искусного и усердного».

События, связанные с именем Петра Александровича Румянцева, имели поистине исторический масштаб. Вопреки воле именитого отца он сумел уклониться от того, чтобы посвятить себя «статской», гражданской службе. Его устремления по мере возмужания направлялись в сторону военного дела. Румянцев-отец, перемещаясь из одного края империи в другой, вовлеченный в проблемы Малороссии, в военные походы на юге России, не имел возможности не то чтобы воспитывать, но годами видеть своих детей. После кончины Петра I и конфликтов с временщиками его появление в столицах вообще стало редкостью. Главное беспокойство вызывала судьба сына Петра, достигшего возраста, когда необходимо было выстраивать его будущность. Румянцев предпринял попытку определить сына в большой жизни. Переступив через гордыню, он обратился к всемогущему герцогу Бирону с просьбой: «...проча сына моего, дабы годен был к высокой службе Ее Величества», командировать 13-летнего Петра на обучение в заграничные посольства Швеции или Дании. Ходатайство Ру-мянцева-отца было принято во внимание спустя два года. Петр отправился в Берлин под опеку российского посла. Однако ничего хорошего из этого не вышло. Строптивость, буйное, авантюрное поведение подростка вносили диссонанс в работу посольства. Его под присмотром препроводили обратно в Россию. И далее отеческие наставления результата не давали. Разгульный образ жизни Петра Румянцева, возмутительные поступки доставляли хлопоты не только влиятельному родителю, но и вызывали беспокойство царствующей особы — Елизаветы Петровны. Она просила Александра Ивановича унять сына, применив к нему крутые меры... Вступление в брак посчитали тогда единственно верным средством остепенить, обуздать неуемного юношу. Сватали невесту, руководствуясь принципом «стерпится — слюбится». Княжна Екатерина Михайловна Голицына, по мнению родителей, не могла не подходить жениху. Дочь фельдмаршала, сподвижника Петра I, была привлека-

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.