Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Русское пограничье с ятвягами и литвой в X—XIII вв - Страница 10

Объяснение (с которым, впрочем, тяжело согласиться) предложила Ф. Д. Гуревич: миграция конца X в. может быть связана с христианизацией Руси при Владимире, когда не желавшие креститься славяне-язычники скрылись в заранее разведанных областях ятвягов и литовцев57. Второй половиной Х-ХІ в. датировал волну славянской колонизации С. А. Пиво-варчик58. Затем он причислил к более ранним славянским памятникам

ІХ-Х вв. два городища с лепной керамикой — Радогоща в 15 км на юге от Новогрудка и Лососна-Велька (гмина Кузница-Бялостоцка, Польша) в 25-30 км к юго-западу от Гродно59.

Лепная керамика, по данным Ф. Д. Гуревич, была найдена во многих местах Понеманья — при обследовании городищ Высоцк, Деревная, Турецкая Гора, Тальковщина, Пурневичи, Селище, а также курганов и селищ60. Но в археологической литературе встречаются скептические оценки возможности датирования памятников по наличию на них осколков лепной керамики61. Как показывают данные с других территорий, лепные сосуды могли сосуществовать с кружальными, а внедрение гончарного круга происходило на разных памятниках разновременно.

К «славянским» автоматически причислялись городища и селища Понеманья, даже предположительно отнесенные к Х-ХІ вв.62 На многих из них отсутствует культурный слой (Санюки, Огородники, Деревная, Особняки, Тальковщина, Ольжево, Мыто, Сегда, Яново), а единственными

Находками являются незначительные осколки кружальной или лепной керамики63.

Вопрос о функциях славянских поселений (городищ и селищ) Восточной Европы активно обсуждался с начала XIX в. В 1819-1821 гг. выпускник новогрудской гимназии Адам Чарноцкий (Зориан Доленга-Ходаковский) попытался реализовать первую программу по изучению городищ европейской России, находясь в полном убеждении, что «сии городища были святыми оградами или приходскими местами, где свадьбы и другие обряды языческие совершались»64. Этот взгляд был встречен современниками с большим скепсисом, и мысли польского «ханжи и бродяги» (по выражению митрополита Евгения) стали предметом насмешек65. Во второй половине XX в., когда, наконец, появились обобщающие академические исследования, небольшие городища стали считать центрами концентрации племенной власти, резиденциями вождей и их дружин, оборонительными убежищами и «зародышами» будущих городских центров. Превращение их в города представлялось в виде постепенного демографического роста и развития хозяйственно-экономической сферы жизнедеятельности — аграрного, ремесленного производства и рыночных отношений66. Разумеется, исследователи подчеркивали, что городища в разное время строились с различными целями, и их функции менялись. Для нас важно, что в числе ранних славянских памятников археологи И. П. Русанова и Б. А. Тимощук выделяли группу малых городищ-святилищ, признаками которых считали небольшие размеры верхней округлой площадки (диаметром от 7 до 30 м), отсутствие значительного культурного слоя, оборонительных укреплений, а также наличие внутренних рвов и следов кострищ67.

Пытаясь реконструировать с помощью данных о городищах процесс социально-политических перемен на территории раннесредневековой Польши, П. Урбаньчик недавно указал на те же самые обстоятельства — на отсутствие или незначительность укреплений, признаков постоянной заселенности, военного и стратегического значения части сооружений.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.