Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Среднее Поднепровье На Рубеже Нашей Эры - Страница 5

Несмотря на несомненные достижения в полевом изучении зарубинецкой культуры, источниковедческая база все еще далека от своей необходимой пол-ноты. На Среднем Приднепровье по-прежнему слабо изучены могильники, в бассейне Припяти не обнаружено хорошо сохранившихся поселений. Материалы Верхнего (гомельского) Приднепровья из-за их недостаточной публикации плохо« известны, а на Побужье и Подесенье исследования только начаты. Многие важные вопросы истории зарубинецких племен остаются пока еще дискуссионными именно из-за незначительного количества опубликованных археологических материалов.

Недостаточность исторических источников способствовала появлению разногласий во взглядах исследователей, касающихся основных вопросов интерпретации зарубинецкой культуры, таких как ее генезис, хронология, хозяйственная деятельность, исторические судьбы, этническое определение.

В качестве примера можно сослаться на проблему возникновения и исчезновения зарубинецкой культуры и ее этнического содержания.

В. В. Хвойка считал зарубинецкую культуру местной. Это был, по его мнению, период, следующий за скифским и предшествующий славянской культуре Черняховского типа. Наличие у зарубинцев погребального обряда трупосожже-ния, свойственного славянам, а также керамики, близкой «скифскому типу», по мнению В. В. Хвойки, указывали на славянскую принадлежность заруби-нецкой культуры (Хвойка, 1913, стр. 43). Новые черты, в частности наличие фибул, В. В. Хвойка объяснял влиянием латенской культуры Средней Европы.

Однако взгляды В. В. Хвойки не получили поддержки у большинства отечественных ученых начала XX века. Такому положению способствовали и недостаточная убедительность аргументации В. В. Хвойки, и утверждения немецких археологов того времени о германской принадлежности Зарубинецкого могильника. Но самым важным фактором были взгляды, разделявшиеся почти всеми видными историками того времени, о сравнительно позднем появлении славян в Восточной Европе. Считалось, что они появились здесь не ранее середины I тыс. н. э., то есть через 500—600 лет после возникновения зарубинецкой культуры. Поэтому даже наиболее прогрессивные русские ученые, как правило,, воздерживались от объяснения этноса и происхождения зарубинецкой культуры. Так, в 1910 г. крупнейший русский археолог В. А. Городцов отнес население этой культуры к славяно-германской языковой семье (Городцов, 1910, стр. 403). В 30-е годы известный исследователь нашей древней истории — Ю. В. Готье, касаясь проблемы славянской принадлежности населения зарубинецкой культуры, писал, что этот «вопрос открыт, в нем много загадочного и при теперешнем состоянии наших знаний он не может быть разрешен в утвердительном смысле» (Готье, 1930, стр. 16).

Гипотеза В. В. Хвойки о местном происхождении зарубинецкой культуры: поддерживалась лишь теми немногими археологами, которые имели дело непосредственно с археологическим материалом предшествующего — позднескифского — времени. В связи с этим следует, прежде всего, назвать известного русского скифолога М. И. Ростовцева. Рассматривая позднескифские памятники днепровского Лесостепного Правобережья, он допускал наличие генетической связи: между ними и культурой полей погребальных урн. «Каневская группа скифских: курганов,— писал Ростовцев,— составляет мост к еще более поздним памятникам Киевщины, к полям погребальных урн римского императорского времени, где определяющими являются типичные вещи Латенского типа, которые вновь вводят нас в широкую среду развития культурной жизни Западной Европы, на этот раз в первые века христианской веры» (Ростовцев, 1925, стр. 504).

Немецкий археолог Макс Эберт, работавший одно время в нашей стране, также высказывался за принадлежность зарубинецкой культуры местному населению, на что, по его мнению, указывала связь погребального обряда этой культуры с позднейшими скифскими курганами с трупосожжением (Ebert, 1929, стр. 111).

Коренным образом положение изменилось после Великой Отечественной войны. В среде советских исследователей идеи Хвойки нашли многочисленных сторонников. Такое положение объяснялось интенсификацией разработки проблемы происхождения славян, в которой важное место отводили зарубинецкому звену.

В 1947 г., в предварительной публикации результатов раскопок Корчева-товского могильника, И. М. Самойловский отметил, что материалы этого памятника указывают на автохтонность оставившего его населения. В простой керамике, найденной на могильнике, заметны черты, роднящие ее с посудой предшествующей скифской эпохи. Об этом же свидетельствуют и погребения с обрядом трупо-положения, обнаруженные в небольшом количестве на могильнике (Самойлов-ський, 1947).

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.