Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Теория заговора - Страница 10

Теперь обратимся к дефиниции «теории заговора», дабы выявить различия между политическим заговором и конспирологией. Достаточно объективное, ставшее уже классическим, определение «теории заговора» мы можем найти в работе К. Поппера «Открытое обш;ество и его враги». «Согласно этой теории, объяснение социального явления состоит в обнаружении лиц или гр5шп лиц, которые заинтересованы в появлении этого явления (иногда это - тайный интерес, который следует раскрыть) и которые запланировали это явление и составили заговор, чтобы породить его»^. Своё определение «теории заговора» предлагает Й. Рогалла фон Биберштайн; «Теорией заговора принято называть модели объяснения, которые претендуют на разоблачение истинных, скрытых под внешней поверхностью причин происходяпщх в обш;естве перемен, воспринимаюпщхся как незаконные и опасные»"6.

В современной отечественной науке определение конспирологии даёт нам А. Фурсов: «Под конспирологией имеется в виду сфера знаний, в которой история, особенно её резкие повороты, рассматривается сквозь призму тайной борьбы, заговоров и контрзаговоров неких скрытых сил - орденов, масонских лож, спецслужб, тайных международных организаций»*. Обратим внимание на несовпадение цели политического заговора и объекта изучения в «теории заговора». Если специфика политического заговора определяется локальной, конкретной социально-политической проблемой, конфликтным решением которой выступает сам заговор, то конспирологический подход делает акцент на единстве заговора с некоторой идеологической матрицей, без которого толкование заговора теряет любой смысл. Естественно, что политический заговор в реальности очень часто имеет идеологическое основание и обоснование. Но в «теории заговора» идеологичность приобретает особый, в чём-то даже надсо-циальный характер.

Вопрос о реальном генезисе «тайных обществ» вне конспирологической интерпретации данной темы не имеет до сих пор однозначного решения. Всё же большинство исследователей относит возникновение первых прообразов тайных обществ к самым ранним этапам развития человечества. Большое значение приобретают исследования этнографического характера, даюпще весьма интересные результаты. Обратимся к работе такого авторитетнейшего учёного как Фрэзер, основателя и первого классика сравнительной этнографии. Хотя Фрэзер и не обращается специально к теме возникновения «тайных обществ», но всё же уделяет ей некоторое внимание. Опираясь на данные голландского этнолога И. Г. Риделя, изучавшего племена Океании, Фрэзер пытается объяснить распространение такого обряда, как ритуальное отделение юношей от остальной части племени. Подобное отделение сопровождается различными ритуалами, свидетельствующими о важности данного действия.

Учёные предшествующего Фрэзеру времени объясняли подобные ритуалы политическими причинами. В частности утверждалось, что юношеские союзы выполняют функцию политического объединения с целью противопоставления иному племени, в военном или собственно политическом плане. Английский же исследователь акцентирует внимание именно на демографическом аспекте объединений. Фрэзер говорит: «Фактически эта организация представляет собой піРіроко распространённый в первобытных обществах институт, основная функция которого - инициация юношей»*. Ритуальная смерть и последующее воскрешение юноши сймволйзрірует собой переход на другую, более высокую, демографическую ступень.

Подтверждением гипотезы Фрэзера служат исследования американского этнографа Ф. Боаса, проведённые среди индейцев Северной Америки (наудовесси, сріу, дакота). Им зафйксрірованы важные особенности юношеских союзов. Он обращает внимание на соединение инициации с тотемной практикой. В частности, ритуальная смерть сына вождя племени оборачивается его перерождением в волка. «Речь в данном случае вдёт об установлении симпатической связи с животным, духом и другим могущественным существом, которому человек частично или целиком отдаёт на хранение свою душу и от которого он в награду за этот дар получает сверхъестественные способности»^. Фрэзер делает вывод о том, что «соседство» тайных обществ и тотемной практики не является случайным, оно отражает закономерности бытования архаических народов. Представление о душе как о некоторой ценности рождает желание защитить её от реальных или мнимых катаклизмов. Тотемизм и есть вариант сохранения души, помещение её на хранение во внешнюю среду (животные, растения). Можно сделать вывод о концептуальном содержании размышлений Фрэзера. Период полового созревания для архаического сознания представляется рубежным, критическим моментом, спасение от которого находится в возрастном отделении «тайное общество» и одновременно - в обращении к тотемным связям человека.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.