Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Уголовный розыск Петрограда-Ленинграда - Страница 8

Избивали, а нередко и убивали. Так что широко бытующие и поныне рассказы о жестокости чекистов были рождены произволом уголовников.

Именно как «самочинщик» начинал новый этап своей уголовной карьеры уже при советской власти матерый ворюга Иван Белов по кличке Ванька Белка, имевший еще дореволюционные судимости. Вокруг лихого и фартового бандита быстро сформировалась группа человек в пятьдесят. Ядро банды составили с десяток уркаганов со стажем.

Подручные Белки не брезговали ничем. В частности, в 1919-1920 годах они совершили ряд краж из петроградских церквей. После арестов, на допросах, спасая собственные жизни, клялись в своей религиозности, показывали нательные кресты, истово крестились, требовали встреч со священниками для исповеди. Помимо церквей, Белов и его дружки совершали квартирные кражи, вооруженные налеты, а если кто-то пытался им помешать, тут же расправлялись со смельчаками.

Именно так произошло с петроградцем Сеничевым, который 12 января 1919 года смело вступил в неравную схватку с бандитами, защищая своих близких. Налетчики, пользуясь численным превосходством (семеро одного не боятся!), зверски избили Сеничева, а потом на глазах у родственников буквально изрешетили из револьверов.

В сходной ситуации оказался и водитель автомобиля Куликов. Преступники ворвались в гараж, находившийся в доме № 6 по Апраксину переулку. Шофер не растерялся: заводная ручка опустилась на голову одного из них. Грохнули револьверные выстрелы. Куликов схватился за грудь. «По традиции» бандиты добили свою жертву ногами. Выстрелы услышали постовые милиционеры, но прибыли слишком поздно - грабители успели скрыться. Правда, угнать автомобиль Куликова они не смогли.

Молодой уголовный розыск советского Петрограда смело вступил в схватку с дерзкими и матерыми преступниками. Правда, учиться нелегкому сыщицкому ремеслу пришлось, что называется, «с листа», непосредственно на месте преступления. И нередко за эту учебу приходилось платить своей жизнью.

Но жертвы «красных сыщиков» были не напрасны. Уже к середине 1920 года многие банды были ликвидированы, а их главарей постигла заслуженная кара.

Белов и его сообщники пока разгуливали на свободе. Они понимали, что возмездие неотвратимо, но вера в свой воровской фарт, желание положить в

Свой карман еще одну золотую «цацку», заглушали страх. Они глушили его самогоном и наркотиками.

А сотрудники угрозыска одну за одной ликвидировали «малины», где собирались бандиты. Нередко эти операции сопровождались не только задержанием преступников, но и гибелью сотрудников уголовного розыска и других подразделений милиции.

Летом 1920 года агенту уголовного розыска Александру Скальбергу удалось ближе всех подобраться к Белке и его ближайшему окружению. Ему удалось склонить к сотрудничеству одного из членов шайки, который однажды прислал ему записку: «Шурка, приходи завтра в 8 часов вечера на Таиров переулок, дом 3, где ты получишь важный материал по интересующему тебя большому и таинственному делу».

Таиров переулок - рядом с Сенной площадью, Сенным рынком. Одно из самых злачных мест дореволюционного Питера, набитое притонами, где уголовники могли сутками играть в карты, подбадривать себя самогоном и «марафетом», сбывать краденое.

Сюда и отправился 23-летний Скальберг. Его знали в лицо многие преступники. В результате предательства уголовника он попал в засаду. Четыре здоровенных бандита оглушили его, связали и подвергли жестоким пыткам. Утром встревоженные исчезновением Скальберга сослуживцы отправились к нему на квартиру. Выяснилось, что дома тот не ночевал. В его пиджаке нашли записку. Тотчас группа сотрудников выехала на Таиров переулок. В одном из притонов они нашли разрубленный труп Скальберга.

Сотрудника угрозыска похоронили с воинскими почестями. На его могиле товарищи поклялись покарать убийц. За дело взялся 20-летний Иван Бодунов, который считался опытным агентом. Родился он в маленькой деревушке Московской губернии в 1900 году. После смерти отца, ограбленного и убитого бандитом, решил посвятить свою жизнь борьбе с преступностью. Так он оказался в Петрограде, в уголовном розыске. Ему повезло: в марте 1919 года Бодунова направили на учебу - вначале на шестимесячные курсы, а затем в специальную школу уголовного розыска. Его учителями были корифеи своего дела, бывшие сотрудники царской полиции: С. Н. Кренев - теоретик научнооперативного розыскного искусства, криминалист А. А. Сальков и следователь А. А. Кирпичников.

Позже Юрий Еерман напишет о Бодунове повесть «Один год», а его сын, режиссер Алексей Еерман, снимет по ней фильм «Мой друг Иван Лапшин». А тогда, летом 1920-го, Бодунов с риском для жизни обходил под видом скупщика краденого все притоны Сенной, пока не напал на след убийц Скальберга. «Ликвидаторами» оказались Сергей Плотвинов, Григорий Фадеев, Василий Николаев и Александр Андреев по кличке Шурка Баянист (играл в трактире на баяне). Их изобличили не только в убийстве Скальберга, но еще и в целом ряде «мокрых дел», а также более чем в тридцати кражах. У бандитов были изъяты большие ценности. Приговор суда был беспощаден.

Убийцы Скальберга принадлежали к числу ближайших подручных Белки. Поэтому, узнав об их аресте, он на время затаился на одной из своих «малин». Белов прекрасно понимал, что кольцо вокруг него сжимается, что угрозыск его в покое не оставит и смерти своих товарищей не простит.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.