Добро пожаловать!
логин *:
пароль *:
     Регистрация нового пользователя

Военное дело сарматов и аланов - Страница 4

Информация о военном деле сарматов и аланов весьма скудна и разбросана по многочисленным произведениям античных авторов, значительная часть которых была собрана В. В. Латышевым и более полно А. Алеманем, что весьма облегчило выборку материала по нашей теме9. Отметим лишь наиболее информативные источники, полный их перечень читатель найдет в ссылках в тех разделах монографии, которые посвящены разным аспектам военного дела. Для нас наибольшую значимость имеют свидетельства Овидия, Тацита, Арриана, Лукиана, Диона Кассия и Аммиана Марцеллина. Разумеется, данные этих авторов рассматриваются сточки зрения изучения военного дела.

В качестве исходных надо принять немногословные сведения великого географа древности Страбона (около 64/63 г. до н. э. — около 29 г.). В частности, он оставил краткое описание вооружения роксоланов, относящееся к концу II в. до н. э.10 11, которое явно было почерпнуто из компетентного источника.

Знаменитый латинский поэт П. Овидий Назон (43 г. до н. э. — около 18 г.), сосланный в ссылку в город Томы на западном берегу Понта Евк-синского, провел там последние годы своей жизни (8-18 гг.). Свидетельства Овидия ценны именно тем, что он лично наблюдал варварских соседей — гетов и сарматов-языгов, продвинувшихся к этому времени к Нижнему Дунаю. Они встречались ему как внутри города, так и вне его стен при несении стражи. Естественно, первое, что бросалось в глаза бывшему столичному жителю, — это необычное обличье местных варваров, их одежда и вооружение. В своих «Скорбных элегиях» и «Письмах с Понта» поэт создает обобщенный образ варварского воина-всад-ника, в котором присутствуют как гетские, так и сарматские черты. Впрочем, первые преобладают. Никакой другой античный автор не упоминает столько разных предметов и деталей сарматского вооружения.

Великий римский историк Корнелий Тацит (около 55 — около 120 г.) оставил нам описания двух битв, в которых участвовали сарматы. Первый бой произошел во время вторжения роксоланов в Мезию зимой 69 г. х, а второй — во время иберо-парфянского конфликта в 35 г.12 Несмотря на риторизированность и драматизацию повествования, в целом характерные для Тацита, свидетельства историка явно восходят к компетентным источникам. Он кратко и ясно рисует нам способ действия сарматских всадников, их вооружение и манеру использования оружия. Данные описания предоставляют нам уникальную информацию о сарматской тактике и вооружении, дают опорную точку для выявления дальнейшего развития сарматской конницы.

Писатель периода Второй софистики и профессиональный военный Флавий Арриан (около 89 — после 169/170 г.) был первым имперским полководцем, кто в ранге пропреторского легата провел самостоятельную кампанию против аланов в 135 г. Хотя битвы и не произошло, поскольку аланы повернули назад, но большая часть каппадокийской армии была мобилизована и вышла навстречу противнику. В результате заочного знакомства Арриана со своими противниками для римской армии в Каппадокии была разработана «Диспозиция против аланов», которая содержала указания по отражению атаки конницы номадов. План, по-видимому, был составлен исходя из агентурных сведений и другой доступной наместнику информации, поэтому его данные носят гипотетический, хотя и очень реалистический, характер и дают нам важные данные по вооружению и тактике аланской конницы. Еще одной работой Арриана, где упоминаются сарматские и аланские всадники и их оружие, является «Тактическое искусство». Здесь автор конкретно рассказывает о том, какие методы алано-сарматской конницы переняли римляне к 130-м гг.13

Путешественник эпохи Антонинов Павсаний описал достопримечательности Греции, которые сохранились к последней четверти II в. Естественно, автора интересовали в первую очередь древности и диковинки, которые он мог наблюдать или о которых он знал из книг. Среди прочих разнообразных и разнородных сведений Павсаний (I, 21, 5—6) оставил нам описание сарматского панциря, который он лично видел в афинском храме Асклепия. Для жителя империи чешуйчатый доспех из обработанных конских копыт был весьма интересной экзотической вещью, заслуживающей отдельного пассажа в сочинении. Описание панциря перерастает у Павсания в рассказ о необычности вооружения и его использовании у дунайских (?) сарматов.

 
  • Публикация расположена в следующей рубрике:
  •  

     

    Другие материалы по теме. Литература. История Беларуси.